Книга Путь Стратега 2, страница 47 – Саша Токсик, Яростный Мики

— Господин! — повернув голову, я встретился взглядом с Ростиславом. Парень кинул мне копьё и первым бросился в атаку.

Время утекало сквозь пальцы, и мы не могли терять и секунды.

Мужики снова заработали клевцами. Лёха мощным ударом сорвал лёд с ноги мутанта — глыба отлетела в сторону и рассыпалась в грязи ледяным бисером. Ледошкур покачнулся, но всё ещё устоял. Прол впечатал «клюв» куда-то в область шеи кабана и попытался провернуть, словно вкручивая тому в плоть огромный шуруп. Данила продолжил вгрызаться в сколы на боку, не обращая внимания на то, что с каждым ударом голова мутанта моталась всё ближе и ближе к его собственному лицу.

Град ударов сыпался на мутанта, но тот продолжал упрямо подниматься, нанося болезненные ответные удары. Вот секач толкнул боком одного из наших бойцов, и того чуть не придавило ледяными шипами к стволу дуба. Раздался болезненный крик, а атаки монстра только усилились. У существа появлялось всё больше места для маневра. Кто-то из мужиков орал, подобно берсерку, уже не обращая внимания ни на что вокруг, кто-то, наоборот, замолк и стал походить на механического болванчика, нанося один удар клевцом вслед за другим — лишь бы не думать о том, что будет, если Ледошкур поднимется на ноги.

Вот Ростислав бросился на монстра в открытую, отвлекая его от остальных. Однако сказалась рана на его руке, полученная в битве с бандой Жмыха. Хватка на древке дрогнула в самый неподходящий момент. Парень попытался вонзить копьё в глаз кабану, но вместо этого острие соскользнуло с толстой шкуры.

Кто-то вновь закричал, кто-то истошно продолжил бить клевцом по мутанту. Я же видел, что у нас на счётчике остались считанные секунды. Кабан практически встал на ноги. Ему уже не составит труда сбросить с себя ствол дуба — более того, ничто не помешает сбросить его прямо на нас.

И вот тогда… нам всем придет конец. Финита ля комедия, как говорится.

Конец игры.

Я сжал древко копья в своих руках. Я не люблю и не умею проигрывать. И потому сделал то единственное, что мне оставалось — я нанес удар.

— Сволочь, смотри на меня! — крикнул я, привлекая внимание Ледошкура. Мой расчет оправдался — ненависть Ледошкура взыграла, как и всякий раз до этого.

Тварь широко раскрыла глаза, словно пытаясь испепелить меня одним только взглядом. И это стало роковой ошибкой для мутанта. Я повторил маневр Ростислава, нанеся все тот же колющий удар прямо в глаз.

И в отличие от молодого охотника мне повезло куда больше. Да и Ледошкур будто бы до самого последнего момента не верил в то, что мое копье способно его хотя бы поцарапать.

В его глазах я словно был неотличим от мелкого муравья. Но даже муравей мог укусить. Что сейчас и произошло.

Острие копья вошло глубоко в глаз, почти что на всю свою длину. Ледошкур забился в агонии, издал страшный визг, заколотил ногами. И из-за последнего он совершил непростительную ошибку — он не удержал равновесие и поскользнулся на грязи.

Бах!

Дуб вновь упал на мутанта, пригвождая того к земле. Но в этот раз ему больше не суждено было его поднять. Мутант бился в агонии, рыл землю клыками, месил лужи своими копытами. Крестьяне сразу же разорвали дистанцию, поняв, что под монстра в таком состоянии лучше не соваться. Забьет и даже не заметит! Ледошкур всё бесновался, но силы стремительно покидали его тело.