Книга Егерь императрицы. Русский маятник, страница 124 – Андрей Булычев

Вскоре растянувшиеся в цепь егеря начали метать ручные разрывные снаряды со склона вниз. Слышались выстрелы и крики. Прошёл час, и посечённые осколками заросли прочесали.

— Осторожно, сюда давайте! – Командир роты поманил рукой тех пятерых горцев, что несли на бурке раненого. – Кто старший поста?!

— Господин капитан, завидев неприятеля, пост вёл огневой бой. – Бледный молодой офицер подбежал с докладом к Бегову. – Потерь не имеем! Докладывает прапорщик Елецкий!

— Господин прапорщик, вот это владетель кюринский Аслан-бек. – Капитан показал на раненого. – А это его телохранители, оружия у них при себе нет, мы всех обыскали. Нам нужно оказать беку лекарскую помощь и дать хоть какой-то покой. К генералу Савельеву в Баку гонцы с известием уже ускакали. До его особых указаний Аслан-бек будет оставаться на вашем посту под усиленной охраной. Тут же, у поста, мы будем пока держать и всех остальных сдавшихся в плен, опять же до решения генерала. Куда раненого можно поместить?

— Самое лучшее место – это, пожалуй, мой шатёр, господин капитан, – дал отает Елецкий. – Там на топчан его как раз и положить можно.

— Годится. Капрал Горшков, со своим отделением не отходишь ни на шаг от бека. Пусть уж, коли такая важная это птица, и нукеры его рядом с ним будут. Но чтобы без глупостей! – рявкнул он, сурово глядя на горцев. – И по двое, не больше! Остальные пусть за пределами поста вместе с остальными пленниками сидят. Переведи им, Расул, – обратился он к присутствовавшему при разговоре толмачу.

— Может, всё-таки переждёте непогоду, Алексей Петрович? – спросил командира гвардейских егерей Булгаков. – Тут, в горах, это то ещё удовольствие под дождём топать.

— Пережидай не пережидай, а идти всё равно нужно, Сергей Алексеевич. В декабре ведь ещё тяжелее станет перевалы переходить.

— Это да. По зимним горам то ещё удовольствие колонной маршировать. Ну что же, не смею вас тогда задерживать. Рапорт Валериану Александровичу я уже послал, ну а вы при встрече своими словами его дополните как свидетель и участник всех событий. Объединённое войско враждебных нам горских правителей разбито, ханы пришли с повинной головой и готовы принять российское подданство. Прислали в Кубу́ аманатов из своих сыновей и провиант для наших войск. По поводу предстоящего похода на персов тоже никаких сложностей не вижу. По весне, как только граф Зубов изъявит желание продолжить поход, потребую от ханов принять в нём участие.

— Хорошо, Сергей Алексеевич. Дополню, если, конечно, Зубов слушать пожелает. Он уже, небось, всеми мыслями сейчас около Тегерана.

Выйдя из Кубы́, через два дня колонна егерей вышла к Шабрану, где к ней присоединился второй батальон Дементьева и эскадрон Воронцова. Четыре дня пути под дождём и дующим со стороны моря ветром – и полк прибыл в Баку. Командир дал людям два дня отдыха, впереди было ненастье и переход через горы. Третьего ноября на рассвете колонна вышла на Тифлисский тракт.

— Говорят, генерал Савельев предлагал нашему на судах до Куры полк свезти, так Алексей Петрович отказался, – делился по секрету со старшим каптенармусом шагавший по дороге полковой писарь. – Это мне прямо в Баку, в главном гарнизонном штабе, канцелярские поведали. Пару дней морем, дескать, и потом дней пять вверх по реке до самого Джавада, где армия графа Зубова стоит. Всего какая-то неделя – и мы уже на месте будем.