Книга Дикие Земли, страница 41 – Дмитрий Шатров

Я активировал «Эмоциональный окрас» в связке с «Обнаружением Жизни» и получил тому подтверждение.

В авангарде колонны догорал паромётный пикап. Головная полуторка раскурочена, брезентовый тент — в решето. Рядом валялись тяжелораненые и убитые. У нас мёртвый водитель в кабине и трое подстреленных в кузове. Те, кто двигался в последнем грузовике, все целёхоньки. Работяги, так же как наша бригада, спрятались за колёсами. Охрана отстреливалась. Арьергардный пикап отгонял огнём нападавших. «Тяжёлые» уже десантировались с тягача и втягивались в перестрелку.

Я быстро пересчитал зелёные и красные точки. Соотношение сил удручало.

У них человек пятнадцать на склонах, экипаж два по два в шестиногих машинах, и трое в пикапе, что прятался на опушке в лесочке. Ещё трое в шагающем танке, не знаю, как его ещё обозвать. С нашей стороны всего одиннадцать активных бойцов. Пятёрка в экзо-броне, четыре пехотинца с лёгкими паромётами, и стрелок с водителем на пикапе. Остальные нонкомбатанты-трудяги. Не вооружены.

Расклад нужно срочно менять…

«Вам что, больше всех надо?» — как всегда, не к месту встрял Мишенька.

Я хотел было ответить, но почувствовал множественные уколы чужого внимания. Рядышком. Буквально здесь, за спиной. Мелкий тоже почувствовал и не удержался от едкого комментария.

«Вон сидят, дармоеды, смотрят. Ждут, пока мы опять всё решим».

Мы? Я внутренне усмехнулся. Обычно участие Мишеньки в любых заварухах сводилось к истошным крикам и язвительным выпадам. Но, если уж он нас обобщил, пускай будет «мы». С этой мыслью я обернулся.

На меня и в самом деле смотрели. У заднего борта нашей полуторки собралась вся бригада. Митрич, Трофим, Лексеич, Хмурый, Молчун и Коряга (один из стюардов с «Архангела»). Второй — Суета — стонал подраненный в кузове. Там же скрипели зубами ватажники из охраны. Им тоже досталось.

Эмоциональный окрас показал смесь испуга, надежды и веры. Веру в меня. Надежду, что я вновь найду выход из критической ситуации… Как недавно у Кривого Ущелья.

— Ты, милок говори, чего делать, — проскрипел ободряюще Митрич, — а уж мы с сынками подхватим.

Если б я знал… Но похоже, придётся.

— Так, дед, ты под молотки не лезь, твоя голова нам ещё пригодится. Остальные слушай сюда…

На вдумчивый план времени не хватало, действовал по наитию. Нам сейчас надо инициативу как-то перехватить и огневой мощи добавить. Желательно, пока шагающий танк не выйдет на дистанцию выстрела…

— Трофим, ты старший. Задача. Раненых вытащить. Паромёты с охранников снять… Ты стрелять хоть умеешь?

— А то ж, — бодро откликнулся он.

— Один себе заберёшь, второй отдашь… — я пробежал взглядом по лицам, прикидывая, кому бы отдать, сделал выбор. — Вон, Молчуну. Выполнять.

Лязгнули запоры, задний борт с грохотом распахнулся. Мужики, пригибаясь и прячась от выстрелов, потащили наружу троих. Сначала ватажников, попутно стаскивая с них паромётные агрегаты. Потом Суету. Им всем досталось по пуле в конечность. В какую — не разбирал.

— Док, — подозвал я Лексеича, — огнестрел лечишь?

— Без инструментов? Без магии? — скептически хмыкнул он.

— Вот тебе магия, занимайся.

Я трижды активировал «Взлом», браслеты свалились с него, как листья с осеннего дерева. «Эмоциональным окрасом» почувствовал массовый всплеск удивления, но отвлекаться не стал. Объясняться будем потом, сейчас были занятия поважнее.