Книга Миссия ХРАЗ, страница 195 – Харальд Хорф

— Каждый участник «Коллектива» видит, что это не только крайне сложная, но и весьма дорогостоящая процедура. — Человек-из-нейрополимера вслушался в исходящие от Массива волны, передающие общее настроение двух миллиардов участников. — Не говоря уже о себестоимости искусственных тел. Долгое время «Коллектив» не сможет позволить себе выдать каждому участнику высокотехнологичное тело.

— Но рано или поздно мы разовьём технологии до такого уровня, когда даже самое дорогостоящее в производстве тело станет доступно каждому участнику! — воодушевлённо возразила голограмма Захарова. — И сверхсложная процедура пересадки мозга из живого тела в искусственное с годами тоже будет отточена и отшлифована до обыденного состояния! Да, поначалу это будет доступно далеко не каждому, и даже из тех, кому окажется доступно, многие на первых порах будут довольствоваться самыми простыми, но зато надёжными телами. Это верно, и от этого никуда не деться, но это не навечно! И самые первые результаты люди увидят уже через год! Это будет лучшим доказательством торжества «Коллектива»!

— «Коллектив» воспринял эту новость с воодушевлением, — констатировал Человек-из-нейрополимера, считывая волновую активность участников. — Люди согласны с тем, что ради многократного увеличения срока жизни вполне реально подождать какое-то количество лет, пока данная технология станет общедоступной.

Он подал нейросигнал Массиву на расчёт нескольких сотен тысяч переменных и огласил полученный за тысячные доли секунды результат:

— Математическая модель подтверждает предположение профессора Захарова о том, что размещение нескольких ателье по производству искусственных тел в «Нео-Пекине» принесёт ощутимые результаты в области привлечения анархистов в ряды «Коллектива». При условии регулярного посещения «Нео-Пекином» выделенных анархистам земель. Предложение товарища Захарова принимается. На этом повестка сегодняшнего совещания исчерпана. Участники «Коллектива» могут вернуться к своей текущей деловой активности.

Голограммы научной когорты погасли, и громада голографического экрана уступила место громаде панорамных окон. Обновлённый кабинет Сеченова залило ярким солнцем, и взгляд Человека-из-нейрополимера унёсся в синеву бескрайних небес.

— Новость о скорой возможности жить несколько столетий всколыхнула «Коллектив» в самом позитивном смысле. — Академик Челомей подошёл к Человеку-из-нейрополимера. — Рейтинг Захарова впервые пополз вверх, причём весьма существенно.

— Люди с трудом уживались с мыслью о том, что Харитон и ХРАЗ — это не одно и то же... — совсем по-человечески вздохнул Человек-из-нейрополимера. — Многие хотели его казни. Но я не мог отправить на смерть лучшего друга, которого знаю сто крат лучше, чем кто бы то ни было. Утратив биологическое тело и оказавшись обитателем Массива, я очень хорошо понимаю, насколько тяжело это бремя. И это притом, что мой Массив идеален. Каково было Харитону, слившемуся воедино с агрессивным нейрополимером, созданным из сознаний и ДНК убийц, садистов и маньяков, мне даже представлять не хочется. Да, я применил всё своё влияние и использовал своё положение в личных целях максимально, дабы убедить «Коллектив» не смешивать понятия «Харитон Захаров» и «ХРАЗ» воедино. Я этого не скрываю. Но это было оправданное решение. Теперь люди поняли это. Харитон принёс им не бессмертие, но очень долгую жизнь. Казнив его, мы бы изобретали эту технологию ещё лет двадцать, если не тридцать. И ещё столько же бы доводили её до ума. В итоге опоздали бы лет на пятьдесят. Мало кто из нынешних участников «Коллектива» дожил бы до того момента!