Книга Миссия ХРАЗ, страница 177 – Харальд Хорф

В какой-то момент П-3 краем глаза заметил, как пытающаяся освободиться Блесна замерла внутри своей ловушки. Стальная балерина больше не сопротивлялась, лишь её лицо сопровождало носящуюся по центру управления чёрную балерину взглядом невидимых глаз. Давно не пробуждавшийся расширитель мозга «Восход» потеплел, реагируя на появившийся поблизости мощный волновой сигнал, и Нечаев понял, что Блесна пытается заставить черную балерину сопротивляться диктату ХРАЗа.

Атакующая Нечаева градом ударов чёрная балерина засбоила и начала совершать ошибки в атаках, теряя преимущество.

— Не сметь сопротивляться Властелину, рабыня! — взревел ХРАЗ, взлётным ускорением разрывая дистанцию клинча.

Но сорвавшаяся с места в полёт чёрная балерина дрогнула на курсе, теряя стабильность вектора перемещения, и Нечаеву хватило этой ошибки. П-3 мощным прыжком догнал противника прямо в воздухе и с размаха нанёс ей сокрушительный удар прикладом в голову. Чёрную балерину швырнуло в сторону, и она врезалась в стену. П-3 перехватил автомат в режим прицельной стрельбы и всадил ей в затылок длинную очередь. Поток полимерных пуль захлестнул воронёную сталь кибернетической головы, и пытающаяся вскочить чёрная балерина вместо грациозного балетного прыжка совершила неуклюжий бросок в никуда. Она опять рухнула и кубарем покатилась по фрактальному полу, безвольно разбрасывая руки.

— Ну что, долетался, Наполеон хренов?! — П-3, тяжело дыша, бросился следом за ней, на ходу извлекая из кармана капсулу с «Кураре». — Сейчас ты мне за всё ответишь, гадёныш!

Чёрная балерина неуклюже развернула голову в его сторону, увидела «Кураре» и судорожно дёрнулась всем телом, пытаясь отпрыгнуть, словно выброшенный на прибрежные камни кальмар.

— Не сметь! — взвыл ХРАЗ, поднимая громкость голоса до уровня грохота турбины реактивного самолёта. — Это не твоё! Это нечестно!

— Охренеть! — Нечаев удержал тяжёлый удар децибелами и с разбегу запрыгнул на силящуюся отползти чёрную балерину, вбивая её в пол. — Это ты, что ли, о честности заговорил?!

П-3 замахнулся рукой с «Кураре», собираясь разбить капсулу о голову чёрной балерины, но не успел. ХРАЗ издал пронзительный сигнал, и покрывающий поверхность пола фрактальный узор полыхнул искрами электромагнитного разряда. В голове Нечаева модуль «Восход» словно взорвался килотонным фугасом, и П-3 отлетел в сторону, падая на пол и корчась от жуткой боли. Взор захлестнуло кровавой пеленой, но на этот раз Нечаев почувствовал, что может сопротивляться жестоким страданиям.

— Да... хрен... тебе... — злобно прохрипел П-3, через боль поднимаясь на четвереньки. — Так, как тогда... в кабинете Волшебника... больше не выйдет!..

Сжимающий в кулаке «Кураре» Нечаев упрямо полз к чёрной близняшке, игнорируя кровь из ушей и носа. Голова чёрной балерины судорожно дёрнулась, с хрустом выворачивая шею, и распахнула диафрагму затылочного гнезда стальной черепной коробки. Из образовавшегося отверстия на пол вывалился сгусток чёрного нейрополимера, мгновенно отращивая множество лапок, словно мокрица-переросток, и опрометью метнулся прочь. Чёрная мокрица подбежала к дальней стене помещения и влилась в узкую щель, почти незаметную на металлической поверхности. В следующую секунду фрактальный узор пола угас, электромагнитное воздействие прекратилось, и полимерная ловушка утратила устойчивость. Столб нейрополимера рухнул, разбрасывая брызги, и растёкся по полу, освобождая стальную балерину.