Книга Расслоение, страница 54 – Nezloi

Но в то же время тратить эрги впустую было жалко.

— Точно, можно же модернизировать пистолеты!

Начал я со снижения веса и более тонкой подгонки деталей, что должно было сказаться на точности, ТТ были обычными серийниками. Немного подумав, добавил привычный предохранитель в виде стандартного флажка на рукояти. Под конец увеличил магазин до пятнадцати патронов и сделал на стволе гравировку в виде пафосной надписи готическим шрифтом «Последний довод».

Была мысль покрыть пистолет ещё и позолотой, но вовремя себя одёрнул. Правда всё же не удержался от пафосных накладок под «кость» на рукоятке. Прицелы ставить не стал, учитывая имеющийся у меня модульный прицел, это была бы пустая трата «денег». Конечно, была мыслишка «обучить» ТТ стрелять очередями, но, учитывая, что у меня в экзоруке уже имелся один пулемёт, отказался от этой мысли.

Федоров, оценив мой пистолет, естественно тоже захотел улучшить свои. Но сразу отказался от украшательств, попросил только более тонкую подгонку деталей, всё остальное решительно забраковал.

— Непривычно будет.

Пояснил он свои капризы.

Кстати, от глушителей не отказался, как и от сбруи с подмышечными кобурами.

Конечно же я не удержался от идиотской шутки, выгравировав на его пистолетах герб СССР и чуть ниже надпись.

— Рождённый в СССР.

Не забыл и про красные звезды на накладках.

Степан Ильич, на моё ребячество, только усмехнулся.

— Степан Ильич, ты никак стрелять в кого собрался?

Федоров, подгоняющий под себя сбрую, не отвлекаясь, криво ухмыльнулся и ответил.

— Цыгане мерзкий народишко, от них всякое можно ожидать.

На этом наш разговор увял, мой боевик принялся снаряжать патронами запасные магазины, а я, по-прежнему ощущая неутолённый творческий зуд, вернулся к верстаку.

Тратить эрги на что-то ненужное было жалко, поэтому сначала думал, что мне может понадобиться, а придумав, долго убеждал самого себя, что эта хрень мне точно понадобиться.

Сам не знаю почему, но мой воспалённый разум вместо какой-нибудь высокотехнологичной полезной приблуды придумал скрытые в навесном модуле здоровенные механические сверхмощные ножницы.

Взяв с верстака появившийся модуль, аккуратно навесил его на предплечье.

Через несколько мгновений в голове сами собой возникли знания, как управлять ножницами.

Вытянув перед собой руку, мысленно активировал механизм, с щелчком из практически не заметных пазов выскочили два тридцатисантиметровых лезвия, разведённых в стороны под острым углом.

Еще одно мысленное усилие, и клинки с громким стальным лязгом сомкнулись.

Степан Ильич бросил на меня укоризненный взгляд и покачал головой.

«Если верить предоставленным характеристикам, то этими ножницами я могу легко стричь тридцатисантиметровую арматуру».

— Альберт, руки-ножницы!

Пробормотал я, задвигая лезвия обратно.

Уже перед сном упаковали сто ноутбуков в чёрные мусорные пакеты и сложили четырьмя стопками в прихожей.

Оставшиеся девятьсот штук лежали штабелями вдоль стен, отъедая от и без того небольшой квартиры приличный кусок.

Утром проснулся от давно позабытого запаха борща. Словно зомби поднялся с дивана и побрёл на запах. Божественный аромат привел меня на кухню.

Федоров в спортивных штанах, черной футболке и сбруе с парой пистолетов подмышками, с задумчивым видом стоял у плиты, с ложкой в руках.