Книга Мы – инопланетяне. Книга 2, страница 61 – Юрий Тарарев, Александр Тарарев

Внезапно поступил доклад Амазонки, которая не участвовала в научной дискуссии, занятая пилотированием «Крота».

— Командующий, скорость субтерины двадцать километров, включаю дополнительную силовую защиту… – она не успела договорить, Петр прервал ее криком.

— Стой, не делай этого…

— Почему? – удивленно спросила она.

— Боюсь, дополнительная энергия, задействованная в силовом щите, спровоцирует магнитный удар по «Кроту».

— Я не просчитала этого варианта… – Петр недослушал, продолжая.

— Навигатор, обратный курс готов? – Медми, несмотря на разгоревшуюся дискуссию, работу свою делал и курс проложил.

— Готов, командующий.

— Вводи в навигационную систему. Пилот, разворот на сто восемьдесят градусов, возвращаемся, скорость – пятьсот километров.

— Принято, выполняю, – стандартно отреагировала Амазонка, удивляясь, как это командующему удалось просчитать такую вероятность, как магнитный удар.

Амазонка понимала всю опасность ситуации, командующий прав: «Крот» мог притянуть магнитное поле, и тогда конец, если такое поле захватит их, то вырваться будет нелегко, скорее всего, невозможно. Субтерина быстро легла на обратный курс, и Амазонка активировала маршевые двигатели на полную мощность.

* * *

Турбулентность от двигателей ушла в сторону верхнего слоя ядра планеты, слегка «взволновав» его. Поверхность покрылась рябью, но вскоре все успокоилось. Однако из сердцевины потока неожиданно появилось сияющее существо, переливающееся всеми цветами радуги, и быстро направилось туда, откуда исходила турбулентность, нарушившая его покой. Существо было явно разумным, сомнений в этом не было. Это мог быть только Солас – единственный представитель Молторанцев, оставшихся во внутреннем периметре планеты после неудачной попытки захвата Земли. Кагмы же обитали гораздо ближе к коре планеты.

Солас зорко сканировал внешний слой ядра, пытаясь найти источник интерференции, которая потревожила его и вызвала настороженность. Не обнаружив ничего подозрительного в верхнем слое ядра, бросил «взгляд» на нижний слой мантии, куда не мог попасть из-за слишком низких температур. Он заметил удаляющуюся точку, движущуюся с большой скоростью. Солас немедленно связался с командиром Кагмов Билономом и приказал прочесать мантию по курсу следования неизвестного объекта, чтобы выяснить его происхождение и цель.

Билоном крайне удивился контакту. Много времени они не общались, ведь их разделяли разные среды обитания. Солас поселился в ядре планеты, потому что мог существовать только в таких условиях. А Кагмы расположились в мантии, они менее привередливые к температурному режиму. Билоном решил удовлетворить свое любопытство:

— Солас, давно от тебя не было поручений, наконец ты проснулся. Выполнить мы его не сможем, вернее, не сможем перехватить цель, она слишком быстрая, а мы слишком далеко. О Кагмах даже не говорю, они настолько медлительные, что о перехвате речи быть не может.

— Что ты можешь сделать, Билоном?

— Я изучу район нахождения цели и доложу о том, что обнаружу. Судя по всему, курс, по которому идет цель, ведет в океан на поверхности планеты.

— Сделай это, подключи Кагмов и, если есть опасность, ликвидируй ее.

— Слушаюсь, Солас.

* * *

Об этом диалоге между Соласом и командиром Кагмов команда «Крота» ничего не знала. Они не смогли отследить появление Соласа в потоках лавы, которая в действительности была не лавой, а плазмой в центре ядра. Участок мантии, который они исследовали, представлял собой сложную смесь высокотемпературной плазмы и экзотических элементов, благодаря чему приборы могли обнаруживать только самые очевидные аномалии.