Онлайн книга «Наследие [СИ + иллюстрации]»
|
Однако добраться до самого интересного мы не успели. Только взялся стягивать с себя рубаху больничную, как дверь в палату резко распахнулась, и к нам ворвался ураган по имени Лаврия. Девушка ворвалась и тут же замерла, как увидела то, что я с Мелой так старательно изображали на всякий случай, который, видимо, и наступил. Лаврия замерла, но не растерялась, а почти сразу ухмыльнулась несколько провокационно и произнесла: — Продолжайте-продолжайте! Чего это вы засмущались, остановились? Я даже выйти могу, подождать недолго… — Не нужно, — совершенно невозмутимо отозвалась Мела, на долю мгновения опережая меня с ответом и поднимаясь с кровати. — Мы лучше позже продолжим, иначе ждать придётся как раз долго. Произнесла это так, что я искренне восхитился гильдейской: «Вот это Лёд! Не атрибутный, а самый обычный, но достойный с заглавной буквы зваться. Мела сейчас — истинно воплощение его!». А она ещё и продолжила, уже ко мне возвращаясь взглядом: — Скоро увидимся, — после чего, одарив улыбкой, резко контрастирующей с интонациями голосовыми, покинула комнату… Тишина, установившаяся в палате, во власть войти не успела — как дверь за Меланитой закрылась, так и Лаврия, повернувшись ко мне, разрушила её. Голос старшей при этом звучал тоже не менее прохладно: — На основе увиденного можно сделать вывод, что больной совершенно здоров. Есть что на это возразить? — Никак нет, старшая! — отчего-то желание обращаться к Лаврии по имени отсутствовало. — Может, имеются какие-то иные вопросы? Жалобы? — Есть, старшая! — Ну так и называй их, не чинясь, — жизни в голосе Лаврии чуть прибавилось, а вот взгляд оставался пугающим и, пожалуй, давящим. Но даже так теряться я не собирался и сопротивлялся этому давлению: — Вопросов два. Первый — что со мной? Второй — как долго тут? Вопросы задать-то задал и… тут же стал истово жалеть о том! — А что, вы с подругой настолько увлеклись, что и поговорить не успели? — всякая жизнь из голоса Лаврии пропала. И не удивительно — в столь сильной концентрации яда никому не выжить! Причины такой её реакции от меня ускользали. Что сейчас, что в целом — поведение Лаврии на протяжении всего знакомства никак не вписывалось в какие-либо рамки. Не стал исключением и текущий момент — девушка облокотилась на изножье кровати так, что не до конца застёгнутая форма раскрылась на груди до неприличного. Честное интернатское, я лишь вскользь отметил сей факт и совсем туда не смотрел! Ну или почти… В оправдание могу сказать, что просто-напросто в глаза Лаврии, ставшие истинно змеиными, смотреть без содрогания не получалось. Стали такими не только они — голос тоже претерпел очередную трансформацию, наполнившись опасным шипением: — Впрочем, дело молодое, гормоны бурлят и всё такое… Сама не лучше, — тут и вовсе нотки то ли сожаления, то ли чего-то ещё добавились. Но мелькнули слишком быстро, чтобы точно суметь их распознать, а девушка меж тем продолжила: — Что до ответа на твой вопрос, то это ты мне расскажи. Как так умудрился с лестницы упасть, что почти все кости переломал? Чего? Какая, к Пределу, лестница? Я ж у фрески был! Но этого, конечно, вслух не произнёс, а только подумал. Причём искренне надеялся, что с удивлением-недоумением справился и не позволил ему слишком явно на лице отразиться. А если и не справился, но уход в «несознанку» должен был развеять возможные подозрения: |