Онлайн книга «Искажение»
|
Раздражало, что и занятия с Лаврией не давали никакого результата, всякий прогресс отсутствовал. Отсутствовал, пока не произошло кое-что из ряда вон. В один далеко непрекрасный день довелось увидеть смутно знакомого сокурсника. Смутно — не потому, что у меня возникли проблемы с памятью, а по более нелицеприятной причине. Парня постиг один из тех побочных эффектов создания сателлитов, о которых рассказывал старший Ноэт. Так-то подобных пострадавших по словам друзей было много больше за все месяцы моего отсутствия, просто редко кто из них доживал до перемещения в ЛК. Почти всегда негативное последствие создания становилось фатальным сразу, на месте. Отторжение. Вот, что досталось бедолаге. Брат пытался создать Сателлит Кожи. Не преуспел. Когда старший Ноэт описывал результат эффекта, мы весьма впечатлились. Реальность показала, что недостаточно. Зрелище не только омерзительное, но и раздирающее душу. Не менее, чем надрывные крики парня, которые вынудили отвлечься от медитации, выглянуть из медитория. Когда на моё плечо легла рука, ухо пощекотало дыхание Лаврии, то в самое сердце запали её слова: — Не освоишь лекарский взгляд, не начнёшь самолечение — сателлиты деградируют ещё больше. Хочешь знать, что будет дальше?.. Замерев то ли из-за внезапного возвращения прошлой Лаврии, излишне сильно прижавшейся чем-то мягким к моей спине, то ли из-за нелицеприятного зрелища быстро удаляющейся процессии с братом-смертником, с трудом, но смог ответить: — Хочу… — А дальше… дальше они разом лопнут, словно помидор гнилой, — после чего девушка отстранилась, разом возвращаясь к ипостаси «другой» Лаврии и утаскивая меня обратно внутрь медитория. Весь тот оставшийся день я толком так и не мог сосредоточиться на требуемом для освоения лекарского взора. То охватывали весьма приятные воспоминания о прикосновении к спине. И, как ни хотелось не думать о том, но совершенно очевидно, что это могло быть. И оно напрочь выбивало меня из попыток отрешиться от реальности, уйти наконец-то в медитацию. То начинал захлёстывать страх оказаться на месте бедолаги. Только с одним нюансом. А если считать точно, в штуках — с шестью. По текущему числу моих сателлитов. Если они, не дай Предел, лопнут упомянутым гнилым помидором, то одномоментно получу последствие от каждого из них. Что тоже выбрасывало меня обратно в реальность. Про́клятый день! Впрочем, ночь прошла совсем не лучше. Заснуть не выходило долго. А когда всё же вышло, то кошмары одолевали настолько реалистичные, что несколько раз просыпался в холодном поту. Снилось каждый раз, как один из недугов берёт власть надо мной, после чего я и погибал… в смысле, просыпался, судорожно дыша. Отчего-то в те мгновения исключительно сильно хотелось ощутить ладошку Мелы на печатке «ледяных»… Следующий день, ожидаемо, прошёл никак не лучше. Сказалась и тяжёлая ночь, и непрошенные мысли, что не желали отпускать из цепких когтей. Прошёл бы не лучше, если бы не одно «но». Всё, что не давало покоя, будто позволило очнуться от прошлых дней, когда стучался не просто в закрытую дверь, а в совершенно монолитную и непроницаемую стену. Даже возникла мысль, что Лаврия специально так себя повела, мастерски сыграв на инстинктах, выбив эмоциональными качелями застрявший клин зашоренности. Потому как сообразил, что в «стену» можно не долбиться, а обойти. Ну или перепрыгнуть. |