Книга Осознание [СИ + иллюстрации], страница 3 – Евгений Сладков

Разрушила безжалостно, вонзив в неё клинок с бесконечным узором снежинок.

Мой нож.

А после — повторила свой вопрос:

— Откуда у тебя этот нож?

Но ответа от меня добиться не смогла — воздух в лёгких окончательно пропал. Смог лишь сиплый хрип выдавить. Но даже он оказался спасением — девчонка подалась ближе к моей голове, привстав и дав большей свободы. Подалась ближе, перехватывая рукоять, вытаскивая из той иллюзорной стены, воздвигнутой меж нами.

И я не удержался, не устоял, воспользовался моментом сполна!

Вдохнул полной грудью!

А после — предотвратил втыкание клинка в собственный глаз, торопливо выдохнув:

— Нашёл!

Успел! Остриё замерло в считанных сантиметрах от зрачка, а после стало так же стремительно отодвигаться, как до этого приближалось. И мягкая тяжесть вновь стиснула меня:

— Кха!..

— Где⁈ Где ты его нашёл? — тут же последовал новый вопрос.

Но вместо ответа, на остатках вдоха, выдавил другое:

— Слезь!.. Расскажу…

И — сработало! Мягкая тяжесть соскользнула в сторону, давая новый приток кислорода в кровь.

Я свободен!

И, вторя мне, сбоку раздался знакомый голос:

— Поздравляем, Власт! Ты выжил! Ха-ха! — повернув голову туда, обнаружил метрах в пяти не только скалящегося Миктлана-Светлого, но и таких же Аркоса-Скалу и Кирона-Круглого. Живые, Предел побери! И даже целые, походу, раз шутят тут вовсю надо мной.

Перевёл взгляд на ту самую «тяжесть», чуть не погубившую меня.

Теперь расстояние между мной и ней позволило разглядеть не только лицо, но и другие детали внешности. И они, как ни жалко констатировать, разрушали созданную гармонию и очарование образа.

Длинные чёрные волосы девчонки, ранее на площади выглядевшие словно ночное небо, ныне превратились лишь в бледную тень самих себя и вносили изрядный беспорядок в великолепие внешности. А некогда серая форма стала практически чёрной, теперь слабо отличимой от нашей, интернатской. Только знаки-эмблемы в виде искусно детализированных серебристых снежинок, расположенные не как у нас на воротниках, а на груди и плечах, и выдавали принадлежность обладательницы к какой-то гильдии.

Пока голова подмечала новые детали, тело постарался перевести из лежачего состояния в иное. И на удивление легко вышло совершить манёвр — дискомфорта, последствий от ран, нанесённых тварями-пауками, не ощутил вовсе при попытке сесть. Кажется, или ребята на меня спустили остатки нашей чудо-воды?.. Сей вопрос и озвучил, вновь обращаясь к ним:

— Подлатали нас?

— Только тебя. Мела сама справилась, — ответил Миктлан.

— Мела?.. — переспросил я, вновь переводя взгляд на девчонку.

— Меланита. Но можно просто Мела, — прозвучало подтверждение от неё, а затем напомнила: — Рассказ. Я жду.

— Рассказ, говоришь… — проговорил, собираясь с мыслями, и продолжил: — Он не настолько долог и увлекателен, как ты можешь себе представить. Клинок я действительно нашёл. В библиотеке моего интерната. Как он оказался там — то мне совершенно неведомо. И верни, пожалуйста, его, — с этими словами протянул руку в её сторону.

— Нет, — раздался категоричный отказ.

— Как это нет? Нож — мой, так что верни, пожалуйста, — продолжил стоять с протянутой рукой, всё больше ощущая себя неким дураком-попрошайкой.

— Не твой, — отказ не хотел меняться на свою противоположность.