Книга Остров ненужных детей, страница 34 – Анна Дант

Первая книга оказалась травником – красивые рисунки растений, но не то, что нужно. Вторая – летописью поселения, где перечислялись имена старейшин и даты их правления. Я отложила её, решив, что, может, потом вернусь, но сейчас важнее другое.

Не то, всё не то…

Вряд ли про обряд можно узнать из обычного учебника.

Я села за стол и принялась открывать ящик за ящиком. И в самом последнем нашла тонкую… Это даже не книга, а что-то вроде тетради.

Раскрыв тетрадь на первой странице, я вздрогнула. И даже хотела закрыть и убрать на место. Но… Дети могут погибнуть…

Эта тетрадь хранила чьи-то записи. Может Флинта, а может ещё кого-то. Что-то вроде травника у травницы. Только здесь о магии.

Я принялась листать, вчитываясь. О магии стихий, о дополнительной магии, которую называли “чуйка”.

И вот, в середине, я наткнулась на красивую вязь:

“О природе метки и её влиянии на становление дракона”

Устроившись удобнее, я принялась изучать написанное.

Автор писал подробно, с какими-то схемами и формулами, которые я понимала с трудом. Но главное уловила! Метка – не просто блок, а связующее звено между драконом и человеком, что-то вроде мостика, который удерживает зверя до тех пор, пока юный дракон не научится с ним договариваться. Обычно этот мостик снимает старейшина, подкрепляя своей магией. В этот же момент дракон подчиняется старейшине, из-за того, что его сила стала проводником.

Угу… Старейшина получает силу на так называемых выборах, а после к этой силе привязываются драконы.

Как запутано!

“Существуют свидетельства, – читала я дальше, – что в отсутствие старейшины метка может спасть сама, если дракон достигнет полного согласия со своей звериной сутью. Однако такие случаи единичны и не описаны подробно”.

Я даже замерла и перечитала ещё раз. Значит всё же можжно снять? А впрочем мне даже тот странный голос сказал, что это возможно.

Но никто не говорит, как именно это сделать!

Я перелистнула несколько страниц. Дальше шли записи о попытках Флинта найти эти свидетельства, о его переписке с другими старейшинами. В конце я нашла то, что искала: перечень книг, которые могли бы помочь, и пометка на полях – Элдорис.

Кто такой Элдорис, я не знала. Может это не имя, а название… Но, по-моему, что-то такое видела.

В письмах?

Я не лазила в письма из стола. Это уже слишком. Но на конверте указывается имя отправителя.

И, если мне не изменяет память, то Элдорис там есть.

Заглянув в стол, достала стопку писем. И точно! Сверху лежало письмо от Элдориса Ашфорда. Довольно пухлый конверт.

И запечатанный…

Неужели Флинт не успел его открыть? Или не хотел?

Или это уже давняя переписка, а ответы в первом конверте?

Немного подумав, я всё же вскрыла конверт и высыпала содержимое на стол.

Несколько старых, пожелтевших страниц, явно вырванных из дневников. И один, белоснежный лист качественной, довольно дорогой бумаги, сложенный пополам.

Раскрыв его, вчиталась в ровные строки.

Если не друзьями, то уж хорошими приятелями собеседники были. Слишком просто было написано письмо, учитывая бумагу и подпись в конце. Элдорис…

В Бремонте такую бумагу мог себе позволить только действительно знатный человек. А знать подписывается полным титулом. Всегда… За исключением писем к старым товарищам.

Ладно, оставим личность Элдориса в покое. Важно не то, кем он является, а то, что он написал.