Книга Астра. Исцеление любовью, страница 40 – Анна Дант

И я его понимала. Сложно найти хоть одну деревню, которая живёт по закону. Всегда есть мелкие нарушения. Но если будут искать, то…

— Он не должен умереть, — качнула головой. — Слушай, я травница. Не могу просто так взять, и бросить человека в беде.

— Ладно, что уж теперь, — Адам вздохнул и махнул рукой. — Тебе что-то надо? В том числе и для ухода за больным?

— Привези сена лошади. Козе хватит, а вот… — я махнула рукой в сторону сарая, откуда в очередной раз донеслось ржание.

— Хорошо. Но ты береги больного, вылечи. Иначе… Сама понимаешь.

Я понимала, и очень хорошо. Именно поэтому, вернувшись, домой, я попросила Кита никому не говорить о нашем госте. А вот с лошадью сложнее, животное не заставишь молчать.

И ещё одна сложность была в самом больном… Что он делал в наших краях? Что искал? Оставит ли он нашу деревню в покое, как только поправится?

Именно это я и решила спросить, когда заглянула в комнату больного с очередной порцией бульона.

Кристиан не спал. Увидев меня, усмехнулся.

— Я думал, что умру здесь от скуки, в ожидании.

— У меня нет ни времени, ни желания вас развлекать, — фыркнула я. — Поднимитесь, я поправлю подушку.

— И чем же деревенская травница так занята? Неужели, столько больных?

— Думаете, у меня нет других дел? — я даже опешила от такой наглости. — У меня ещё небольшое хозяйство и маленький ребенок. К тому же, сейчас самый сезон сбора трав. А я из-за вашего спасения сегодня толком ничего не собрала. Как прикажете лечить людей зимой?

— Прикажи пацанёнку принести мою сумку.

— Он не мой слуга. чтобы ему приказывать, — спокойно отозвалась, расставляя посуду с бульоном и хлебом на импровизированном подносе из доски.

— Женщина, сделай, как тебе говорят! — рявкнул герцог, а глаза его потемнели от ярости. — Иначе, я прикажу!

— Кит, милый, принеси сумку нашего больного, пожалуйста, — крикнула, надеясь, что сын меня услышал. И тут же повернулась к больному. — Довольны?

— Вполне, — кривая усмешка скользнула по губам. — Ты хочешь что-то спросить? Так спрашивай, пока я добрый.

— Вы сейчас добрый? — изумилась я. — Что же происходит, когда вы злой?

— Тебе лучше этого не знать, травница, — низким, с хрипотцой, голосом проговорил Кристиан. — Так что же ты хочешь спросить?

— Зачем вы здесь? Что ищите?

— Переживаешь, что найду что-то незаконное у тебя? Или… — Кристиан прищурился, внимательно разглядывая меня. По спине пробежал холодок. — Что-то ты скрываешь, травница. Знаешь, почему приезд инквизитора в деревню или город всегда вызывает волну страха?

— Потому что ваш приезд означает кару, — хмуро пробормотала я.

— Не всегда, инквизиторы иногда и щадят. Но волна страха возникает, потому что инквизиторы любопытны. И если от них скрывать какой-то секрет, то инквизитор обязательно его раскопает. Иногда деревенские старухи боятся, что я казню их, потому что они украли у соседки курицу.

— И вы казните? — мой голос сел и стал еле слышен, руки похолодели, а ложка в моих руках дрожала. Я не смотрела на инквизитора. Я знала, что вижу в его взгляде свою погибель. Свою и Кита. Даже если он пощадит мальчишку, ему не выжить в одиночку.

— Нет, не казню, — фыркнул Кристиан. — Но раскрываю правду перед всей деревней. Это… весело.

— Вы стравливаете людей, в этом нет ничего весёлого, — нахмурилась я. — Каждый может ошибиться. Вы уедете, а бедную старушку заклюют за мелкий проступок.