Книга Астра. Исцеление любовью, страница 28 – Анна Дант

Таки шли мы по деревне. Кит нёс на руках щенка, а я вела козу за верёвку. Кур нам привезут попозже, Адам ушел договариваться.

— Травница! Астра! — раздалось сзади.

Оглянувшись, увидела, как в нашу сторону бежит женщина лет сорока.

— Что случилось?

— Детёнок болеет. Всё никак вылечить не могу! Помоги, а! Создателем прошу, помоги!

— Веди, — вздохнула я, и направилась вслед за женщиной.

Подойдя к дому, я привязала козу к забору и оставила Кита сторожить. Я не боялась, что украдут, просто мальчишке нечего делать рядом с больным ребёнком. Мне некогда сына лечить.

— Проходи, он там, — махнула женщина в сторону комнаты.

Открыв дверь, заглянула в комнату и увидела мальчонку, укрытого тёплым одеялом по самый подбородок. Щёки его были пунцовыми.

Стянув одеяло, покачала головой. Какая глупая привычка, детей кутать, когда те болеют. На улице тепло, в доме душно, а ещё и одеяло толстое сверху.

— Как у тебя дела? — улыбнулась мальчишке лет шести, который смотрел на меня испуганными глазами.

— Жарко, — хныкнул мальчишка, ногами откидывая одеяло.

— Ой, не раскрывайся! Не раскрывайся, я тебе говорю! — тут же воскликнула мамаша, пытаясь укутать мальчишку.

— Не надо, одеяло ни к чему, ещё сильнее дар будет, — я убрала одеяло в сторону. — Вы лучше окна откройте, и двери.

— Так ветер будет! Заболеет!

— Вы меня зачем позвали? Чтобы спорить? — у меня не было никакого желания пререкаться с женщиной. — Если вы всё знаете, то я вам зачем? Говорю, распахните всё, что можно. В доме необходимо проветрить.

Посмотрев на меня с недоверием, женщина открыла окно и ушла открывать дверь. Я жеприсела на край кровати и потрогала лоб ребёнка. Горячий. но не прям так ужасно. Жаль, нет термометра, чтобы знать точно.

— Ну-ка, открой рот и скажи а, — скомандовала я, помогая мальчику сесть. — Ага, красное. А чего грустим? Плохо себя чувствуешь?

— Мамка гулять запрещает, — обиженно буркнул малец. Господи, как ты дожил до своего возраста с такой ответственной мамой?

— Гулять тебе и правда не стоит, улыбнулась я. — А вот возле дома на лавочке посидеть даже нужно. Свежий воздух полезен. И сопли высмаркивай, а то нос не дышит.

— Ну что с ним? — в комнату вошла женщина и с тревогой посмотрела на меня.

— Значит так, много пить тёплого. Кстати, можно вечером давать молоко с мёдом. Носик высмаркивать и закапывать. Горло полоскать и пить снадобье. Проветривайте чаще, пусть в тёплую погоду сидит на лавочке возле дома. Что ещё? Ах да, не кутайте его так, словно зима на улице. Как сами одеты, так и ребёнка одевайте. Вечером жду за лекарствами.

Подмигнув мальчишке, я встала и поспешила на выход. Домой пора, травы заваривать надо.

— А где Машка жить будет? — спросил Кит, постоянно оглядываясь на козу.

— В сарае, где же ещё, — усмехнулась я. — А твоему другу сколотим будку во дворе.

— Ему дома совсем-совсем жить нельзя? — тихо и очень грустно спросил Кит. — Он же маленький ещё, ему страшно будет, и одиноко.

Теперь пришла моя очередь грустить. Собака в доме… В принципе, пусть живёт, но собаки это шерсть и грязь. Я хоть и сказала Киту, что за собакой смотреть будет он, но понимаю, что большая часть обязанностей ляжет на меня. Во-первых, собаку следует обучить. У меня есть небольшие знания по дрессировке щенков, у Кита их нет. Дома будет бардак, а убрааться хорошенько мальчишка просто не в состоянии.