Книга Диагноз, страница 41 – Анюта Соколова

— Расценки устанавливаю не я, а Совет некромантов. Он же запрещает нам работать бесплатно. В большинстве своём люди ведут себя по принципу «Дай палец — откусим руку». Хотя иногда я нарушаю запреты. Вы же меня не выдадите?

— Не выдам. А почему голос мёртвых лишён эмоций?

— Потому что мёртвые не возвращаются. Я иду за покойником на Ту Сторону, нахожу его, привязываю к себе и насильно вытаскиваю большую часть энергии — то, что принято называть разумом, — в наш мир. Во время беседы мы оба одновременно находимся в двух мирах, только я чуть более живой, а он чуть менее мёртвый.

Я пристально посмотрела на некроманта:

— Астер, только честно! Страшно?

— Страшно, — ответил он и рассмеялся: — Чёрт, Янира, вы первый человек, которому я в этом признался! Даже Гюстав считает, что я ничего не боюсь.

— Ничего не боятся одни идиоты.

Он улыбнулся:

— Знаете, о чём я сейчас думаю? Как бы сделать так, чтобы вы оскорбили меня ещё раз?

— Зачем?.. — опешила я.

— Тогда я потребую, чтобы вы называли меня Тери и на «ты».

Внутри словно что-то хрустнуло. Барьер, которым я отгородилась от любой романтики?.. Нет, нет, нельзя! Если ты подпускаешь человека слишком близко, рано или поздно он причиняет тебе боль. Жизнь — это спектакль, который я смотрю с галёрки. Пусть кто-то другой верит, любит, надеется — только не я. Отстранённость и ирония — моя несокрушимая броня.

— Приехали, — Бертран распахнул заднюю дверь, и я чуть не бросилась его целовать.

Необходимость отвечать отпала.

— Позвольте, я отнесу обед господину Ридену, — серебристым голоском предложила Луиза.

Я увидела, как Гюстав и Агнес быстро переглянулись, после чего кухарка нехотя поставила на поднос тарелку с супом.

— Вас это точно не затруднит? — спросила она.

— Ах нет, что вы! — Луиза благоговейно взяла поднос. — Помогать страждущим — святая обязанность каждого человека.

— Угу, — хохотнул Жиль, когда девушка вышла. — Особенно когда страждущие так красивы, как Астер.

— Прекрати, негодник! — шутливо замахнулась на него Агнес. — Лучше приоткрой дверь.

Гюстав флегматично дожёвывал пирожок.

— Ты злая женщина, Агнес, — протянул он бархатным голосом. — Очень злая… Жиль, тише!

Они втроём прислушались. Раздавшийся звон и грохот вызвали улыбку Агнес и ухмылку Гюстава.

— Ковёр, — с нарочитой грустью произнёс Жиль. — Вызвать чистильщиков?

— Подожди, — отмахнулся Гюстав. — Оценим размер ущерба, тогда уж всё сразу.

Луиза вошла с пустым подносом и дрожащими губами.

— Господин Риден не хочет суп, — выдавила она через силу. — Он требует жаркое и госпожу Эрлан.

Поднос у неё я забрала, сама налила суп и под сочувствующим взглядом Луизы отправилась наверх. Осколки и лужу на полу я перешагнула и порадовалась, что бесценный ковёр не пострадал: Астер запустил тарелкой в дверь. Некромант сидел на кровати в своей чёрной пижаме, поджав ноги, словно риандский хан.

— Я сказал, что не буду суп! — рявкнул он, увидев поднос в моих руках.

— Останетесь голодным, — пожала я плечами. — Бертран сказал, что другого вам пока нельзя. Мясо слишком тяжёлая пища для желудка.

— Я не люблю капусту, — на полтона ниже произнёс Астер. — У меня с ней связаны неприятные воспоминания.

— Здесь не только капуста, — я поставила поднос на стол. — Тут картофель, морковь, свежий зелёный горошек и лук-порей.