Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 8 – Ан Синьи

Влажный и пробирающий до костей холод за ночь просочился сквозь щели в стенах, превратив мою постель в ледяной склеп. Но куда страшнее холода был металл. Брачные браслеты, казалось, за ночь стали меньше на целый цунь. Они впились в запястья, передавливая вены, и я чувствовала, как немеют пальцы. Это утро начиналось с боли.

Попыталась направить поток ци к рукам, чтобы согреть их, но сила натолкнулась на невидимую плотину. Черное звездное железо жадно поглощало мою силу, оставляя лишь крохи, достаточные для того, чтобы сердце билось, но недостаточные для полноценного сотворения техник. Это было мучительно, словно кто-то перекрыл дыхание моей душе.

Открыла глаза, уставившись в потолок, где в серой паутине покачивалась мертвая муха. Острая и безжалостная память тут же подбросила события вчерашнего дня. Унизительная передача меня, как даня риса, оценивающий, равнодушный, как у мясника, выбирающего жертву, взгляд Шан Гуаня и этот заброшенный дом на краю обрыва. Я села, растирая онемевшие предплечья. Металл был холодным, проникающим под кожу ледяными иглами.

— Ты жива, Лин Юэ, – прошептала я, и облачко пара вырвалось изо рта. – Это главное. Пока ты дышишь, то можешь сражаться.

Первым делом нужно избавиться от свадебного облачения. Красный шелк, расшитый золотыми фениксами, сейчас казался мне насмешкой. Тяжелый наряд давил на плечи, сковывая движения. Я срывала с себя слои дорогой ткани с мстительным удовольствием и в итоге осталась в простом нижнем платье из белого хлопка.

Нашла свои старые вещи, которые через мольбы позволили взять из дома, и надела выцветшее голубое ханьфу. Оно было простым, почти крестьянским, но в нем я чувствовала себя собой, а не куклой.

Ступая босыми ногами по полу, покрытому слоем пыли, я оставляла следы. В углу комнаты, за ширмой с порванной рисовой бумагой, обнаружились медная лохань и треснувший кувшин, где вода подернулась коркой льда.

Звук треснувшей под пальцами корочки прозвучал неестественно громко в мертвой тишине дома. Умывание ледяной водой – лучший способ прогнать жалость к себе. Кожа горела, но разум прояснился. Заплетя волосы в простую косу, закрепила ее деревянной шпилькой и спрятала в рукав самое ценное – мешочек с приборами. Теперь он будет со мной всегда, как часть тела.

Шан Гуань сказал, что я бесполезное украшение. Что ж, сегодня украшение собиралось вымести из своего нового дома вековую грязь. Но сначала нужно узнать, чем меня собираются кормить.

Вышла на крыльцо. Снаружи мир был погребен под белым саваном. Облачная Резиденция оправдывала свое название: густой молочный туман клубился в низинах, скрывая основания скал, на которых стояли владения. Мой павильон действительно находился на самом краю мира. За низким полуразрушенным каменным забором зияла пропасть, откуда тянуло сыростью и запахом далекой невидимой реки.

У ворот прямо на снегу стоял поднос. Я спустилась по скрипучим ступеням, кутаясь в накидку. Еда. Миска жидкой рисовой каши, блюдце с маринованными овощами, которые выглядели заветренными, и давно остывший чайник. Ни слуг, ни приветствий. Они оставили это здесь и сбежали, словно принесли подношение злому духу или миску для страдающей небесным недугом.

— Спасибо и на этом, – пробормотала я, поднимая поднос.