Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 34 – Ан Синьи

* * *

Рабочее место Шан Гуаня в Башне Вердиктов было местом, где холод становился осязаемым. В камине не горели дрова, только зачарованные камни давали голубоватый свет. Стены были увешаны картами Империи, схемами течений и списками разыскиваемых преступников. Это было логово одинокого снежного барса, и сейчас я вошла в него по приглашению хозяина. Шан Гуань приблизился к огромному столу, заваленному свитками, и развернул карту Белой Реки, которую я видела в библиотеке.

— Показывай. – Он протянул мне кисть.

Я подошла к столу. Моя рука дрожала, но я заставила себя успокоиться. Алхимия и природа – мои владения. Тут я сильнее его.

— Вот здесь. – Указала концом кисти на излучину реки, где нашли тела. – Вы считали, что яд сбросили здесь и течение разнесло его вниз. Но посмотрите на изгибы дна. Здесь впадина Черного Дракона. Зимой, когда вода на поверхности покрывается льдом, глубинные течения тут закручиваются в обратную сторону. – Провела линию, перечеркивая его расчеты красной тушью. – Яд тяжелее воды, особенно Холодный Огонь. Он не поплыл вниз, а осел на дно и пополз против течения, влекомый притяжением подземных источников инь.

— Против течения? Это идет вразрез законам природы. – Шан Гуань следил за моей рукой, нахмурившись.

— Это идет вразрез законам воды, но соответствует законам яда, – возразила я. – Теневой Первоцвет растет на проклятой земле, его сок тянется к смерти. А где у нас ближайшее место скопления силы смерти?

Я подняла глаза на него. Шан Гуань замер, его взгляд метнулся к точке на карте, расположенной выше по течению, всего в пяти ли от городских стен.

— Старый могильник казненных, – прошептал он. – Заброшенный рудник на севере.

— Именно, – кивнула я. – Там идеальная почва для выращивания этой дряни. Энергия страха и боли пропитала землю насквозь. И там есть подземные воды, которые впадают в Белую Реку.

— Если ядовитые угодья там… – Шан Гуань выпрямился, и в его глазах вспыхнул хищный блеск, – то они травят воду не с берега, они отравляют сам источник, а то, что видел свидетель у реки, – это была отвлекающая уловка. Представление, чтобы мы искали в другом месте и определенного человека.

— Верно, – согласилась я. – Пока вы гонялись за «невестой в красном» по берегам, настоящий яд сочился из-под земли.

Шан Гуань потер висок резким болезненным движением. Он поморщился, прикрыв глаза, его лицо, и так бледное, стало цвета бумаги.

— Проклятье… – выдохнул он сквозь зубы.

Я видела его духовную суть, в районе головы бушевал ледяной шторм. Острые как иглы синие сполохи впивались в его духовное тело. Это была не просто головная боль, а застой ледяной ци, который медленно убивал его.

— У вас застой меридиана Тай-ян, – сказала я тихо. – Избыток холода блокирует кровоток. Если не снять зажим, вы можете потерять сознание или даже зрение.

— Я знаю, – прохрипел он, опираясь руками о стол. – Мои лекари дают мне пилюли…

— Пилюли не помогут, пока канал забит. Нужно телесное прикосновение, а точнее, точечный массаж с прогреванием.

— Ты предлагаешь свою помощь? Ты? – Шан Гуань открыл один глаз, вертикальный зрачок сузился от боли.

— У меня нет с собой игл, – соврала я, игнорируя его слова. Иглы всегда были со мной. – Но мои руки теплые, я могу разбить ледяную пробку.