Книга Экземпляр номер тринадцать, страница 84 – Мира-Мария Куприянова

Несколько долгих минут я просто пыталась глубоко дышать, чтобы не разнести эту карету к чертовой матери, вместе с выводящим меня из равновесия мужчиной.

«Держись, Делия! Ты же понимаешь, что убить его сейчас ты не можешь. Это слишком опасно. Тогда ты уже точно не выпутаешься из всей этой ситуации. Нужно быть сдержаннее. Действовать тоньше…»

И тут на мои сжатые тугие кулачки, которыми я жестоко мяла подол своего дорогого платья, мягко опустилась горячая сухая ладонь. Длинные сильные пальцы слегка сжали мои, сведенные злобной судорогой руки и принялись легко поглаживать, неожиданно гася пылающую внутри ярость.

— Вы хоть понимаете, что просто не сможете меня заставить выйти за Вас, если я этого не хочу? — устало спросила я, аккуратно вынимая свои руки из-под его ладоней и оборачиваясь к мужчине, чтобы неожиданно наткнуться на его пристальный нечитаемый взгляд.

— А Вы уверены, что не хотите? — тихо уточнил он и легкий полумрак мягко раскачивающейся кареты мгновенно развеялся белым светом ледяного сияния его странных глаз.

Я даже рот открыла от возмущения.

Нет, наглость экземпляра начинала даже обескураживать. Сидит тут, зенками своими люминесцентными на меня сияет, гасит, каким-то макаром мою силу… И убивает на корню все мои далеко идущие планы относительно его же скорой кончины. Как это можно терпеть, скажите мне?

— Этого обряда не будет — внятно и четко произнесла я, не отводя взгляда от этих пугающих, мерцающих глаз — Вы слышите меня? Никто и ничто не заставит меня заключить единый союз. Я — Темная ведьма. Я свободна. Я никогда добровольно не позволю надеть на себя оковы Единого. Либо ведьмовской обряд, либо ничего.

— Вот как? — мягко улыбнулся инквизитор — Вы так дорожите своей свободой, Делия?

— Естественно — высокомерно вздернула я нос — Как и любая Темная! Это единственное, что мне по настоящему нужно!

— А если я смогу доказать Вам, что хотите Вы совершенно другого? — вкрадчиво поинтересовался вир.

— Это кого же, простите? — подозрительно прищурилась я.

— Признаться, я рассчитывал на вопрос «Что?» — удивленно хохотнул инквизитор и тут же снова схватил своими лапами мои ладошки — Но Вы зрите в корень, Делия. Так что же будет, если я смогу Вам наглядно это показать?

— А бинокль не отсохнет? — почему-то испугалась я, срываясь на хамство и пытаясь забрать себе обратно свои враз вспотевшие ладошки — Что за игры Вы ведете, вир Мигре? Прекратите. Вы специально меня пугаете?

В ответ я получила только очень внимательный взгляд уже спокойных, серых глаз и многозначительную улыбку, которая спряталась в уголках его губ. А, затем, мужчина молча отвернулся к окну и остаток пути мы провели каждый погруженный в собственные мысли. И мои, смею заметить, были при этом весьма далеки от спокойствия. Время расплаты неминуемо приближалось.

...

Храм встретил нас ночной подсветкой, скромно разгоняющей сумрак летнего вечера. Гостеприимно распахнутыми дверьми и раздражающе доброй улыбкой встречающего нас священника. Вот вообще не под настроение он улыбался. Я бы, на его месте, не любу тянула, а улепётывала куда подальше от едва сдерживающей себя ведьмы.

— Вы приехали раньше, дети мои — ласково попенял нам он — В храме еще полно посетителей.

— О, какая жалость! — весело подпрыгнула я-Тогда мы, пожалуй, пойдем!