Книга Замковый кризис-менеджер, страница 50 – Виктория Крафт

Когда она закончила и отошла от стены, профессор Годвин долго разглядывал покрытие, водил по нему ладонью, что-то бормотал. Потом повернулся к комиссии и негромко произнёс:

— Превосходно. Лучшая работа выпуска.

Анна выдохнула. Она не слышала, как за спиной Торвальд едва слышно фыркнул — то ли разочарованно, то ли одобрительно.

Церемония вручения дипломов проходила в главном зале Академии — том самом, с высокими сводами и витражами, изображающими великих магов древности. Анна стояла среди других выпускников, одетая в парадную мантию тёмно-синего цвета (цвет факультета прикладной артефакторики), и чувствовала, как горло перехватывает от волнения. В зале было полно народу: преподаватели, студенты, родственники. Где-то в задних рядах она заметила Марту, которая вытирала глаза платочком, и Костика, держащего Ника на руках. Малыш, завидев маму, радостно замахал ручкой и чуть не выпал, но Костик вовремя подхватил его второй рукой. Некромант, к удивлению Анны, тоже пришёл — сидел в стороне, в своём сером камзоле, и смотрел на неё с тем же выражением, с каким год назад вручал ей первое жалованье. Торвальд получал диплом прямо перед ней и, проходя мимо, шепнул: «Не зазнавайся, Смирнова». Она ответила: «Постараюсь, Арктур».

Когда декан вручила ей диплом — плотный лист пергамента с гербом Академии и её именем, выведенным золотыми чернилами, — Анна на мгновение прикрыла глаза. Два года назад она сидела на холодном вокзале с новорождённым сыном на руках и не знала, доживёт ли до утра. Теперь она — дипломированный мастер магических покрытий и ремонтных составов. Первый в истории Академии человек, получивший эту специализацию после года обучения. Впереди была целая жизнь.

На следующий день после выпуска Анна уже сидела в гостиной своего дома, просматривая контракт, который прислала Лионелла. Документ был составлен по всем правилам: сумма вознаграждения (весьма внушительная — вампиры действительно не поскупились), сроки, перечень работ, особые условия. В графе «особые условия» значилось: «Исполнитель обязуется не использовать прямые солнечные лучи в отделке помещений, а также не применять символы, оскорбительные для вампирского рода». Анна хмыкнула: надо будет уточнить, что именно считается оскорбительным.

Лионелла приехала за ней тем же вечером — на этот раз в экипаже, запряжённом парой вороных коней с алыми глазами. Выглядела она куда увереннее, чем при первой встрече: прямая спина, гордо поднятый подбородок, в глазах — предвкушение.

— Готовы? — спросила она.

— Готова, — Анна подхватила сумку с инструментами и чертежами. — Костик, ты со мной. Маргарет, Ник пока остаётся с вами. Я вернусь через пару дней, как только устроюсь и всё осмотрю.

Ник, который как раз пытался открутить ножку у стола, недовольно загулил, но Маргарет быстро отвлекла его печеньем. Костик, напротив, оживился: его челюсть радостно клацнула, и он засеменил за хозяйкой.

Мортегар-холл располагался в предгорьях, на восточном склоне, утопая в вечных сумерках — вампиры выбрали место, где солнце появлялось редко, а туманы держались почти круглый год. Замок оказался даже древнее, чем представляла Анна: массивные каменные стены, увитые плющом, узкие окна-бойницы, высокие башни, теряющиеся в облаках. Ни одного фонаря у входа — только бледное сияние, исходящее откуда-то изнутри. Анна невольно поёжилась, но быстро взяла себя в руки. Ей не привыкать к мрачным замкам.