Книга Разбитое сердце узурпатора. Часть 2, страница 28 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

А потом император перевел взгляд на меня.

Наши глаза встретились. Ох… звучит по-книжному банально, чего ж меня так встряхнуло?

— Приветствую, ваше величество! — Я, согласно этикету, быстро присела, опустив глаза.

— Барышня Ли Илинь, — сказал он ровно, без улыбки, — вы получили приглашение на Осеннее любование цветами во дворце?

— Да, ваше величество! Большое спасибо, ваше величество! — ответила я уже ему вслед.

Император не стал не ждать ответа. Просто развернулся и пошел к выходу, сопровождаемый стражей. Я смотрела ему в спину, и внутри все дрожало: он заметил меня и, что еще хуже, кажется, запомнил. И приглашение, которое он упомянул, было не просто вежливостью, теперь это как приказ: явиться обязательно. Ну еще бы, император лично осведомился, получила ли я официальное письмо в конверте с золотым тиснением. Куда уж прозрачнее намекать…

На выходе из зала Ван Июй остановился, бросил короткий взгляд на Сань Шибо, и тот отстал от процессии, направившись ко мне.

— Барышня Ли Илинь, — поприветствовал он меня как старую знакомую. — Вы снова там, где все не слава богу. Впрочем, сегодня вам явно благоволит небо.

Я кивнула:

— Ли Илинь счастлива, что Сын Неба обратил свой взор на несправедливость.

— У вас очень хороший телохранитель, барышня Ли, — хмыкнул Сань Шибо. — Так уж вышло, что этот человек оказал мне услугу не так давно. И мне нетрудно было из нескольких десятков судебных павильонов, внесенных в список для инспекции, выбрать сегодня именно этот. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, вы знаете, где меня найти.

Он поклонился еще раз и вышел вслед за императором. Я осталась стоять, чувствуя, как внутри все сжимается. «У вас очень хороший телохранитель». Просто слова. Просто намек. Но почему тогда у меня внутри все похолодело?

Я стояла неподвижно, пока в ушах все еще звенел удаляющийся стук копыт императорского конвоя. В зале павильона Справедливости было не продохнуть от запаха страха и дорогого мускуса, оставшегося после свиты Ван Июя.

Семейство Нин, еще недавно сочившееся ядом, судейские стражники выводили под белы рученьки вслед за Гао. Старуха Нин Ши спотыкалась, волоча свою пафосную трость по грязным доскам, госпожа Вэй мелко и часто дышала, растеряв всю свою спесь.

Ваньцин навзрыд плакала на груди у Юханя, но это скорее слезы облегчения. Брат гладил ее по заплетенным в сложную, но скромную прическу волосам, его плечи наконец расслабились, на щеках проступил здоровый румянец. Отец уже вовсю раздавал пинки перепуганным судейским писарям, заставляя их немедленно зафиксировать расторжение фальшивого договора и внести в реестр законность старой помолвки. Жизнь семьи Ли возвращалась в норму. В очередной раз.

Все радовались. Кроме меня. У меня под кожей ползал липкий арктический холод. Из нескольких десятков судебных павильонов выбрать именно этот. Сань Шибо думал, что сделал мне комплимент, показав, как дорого стоят услуги моего телохранителя. А я видела всю шахматную доску целиком.

Мой молчаливый верный Шэн пошел к Сань Шибо — главному карательному псу новой власти. Ради меня, ради покоя моей семьи он задействовал долг, который вообще не должен был всплывать. Варвар разыграл эту карту, чтобы спасти Ваньцин и Юханя, зная, что Сань Шибо приведет за собой самого императора. Но Ван Июй…