Книга Оберег от нечистой силы, страница 64 – Алёна Цветкова

Великий князь, внимательно слушавший нас, громко фыркнул в точности, как брат до этого:

— Хитра купчиха, твоя правда, брат…

— А почему храму девять десятин прибыли отдаешь? — перебил его Святой отец, подозрительно глядя на меня. А я порадовалась своей предусмотрительности.

— Потому что обереги мои без благословения святоши всего лишь кусочек ткани, святой отец. Так же, как кирка — всего лишь деревянный ящик. И каждый получает то, что заслуживает. Я за ткань, а храм за веру.

Великий князь стукнул по столу и расхохотался, бояре сдержанно улыбались, святоши же молча ждали реакцию святого отца. А он смотрел на меня пристально и молчал.

И я тоже не отводила от него глаз. Если уж мне придется попасть на костер, то я лучше сдохну, чем буду умолять о снисхождении. Да, это было глупо и безрассудно, но когда я злилась, мне было плевать на доводы разума. А сейчас я злилась.

— Ты не похожа на остальных женщин, — задумчиво произнес он.

— Сомневаюсь, святой отец, что вы знакомы со всеми, чтобы это утверждать.

Он удивился. Я четко это увидела.

— А ты не боишься, что я отправлю тебя на костер?

— Боюсь, — честно ответила я, продолжая смотреть прямо ему в глаза, — но думаю, что могу принести гораздо больше пользы храму и лично вам, если останусь жива. Я уверена, святоша говорил вам о наших планах по поводу сиротских приютов и социальных центров. Это укрепит веру. Но это еще не конец. Идеи моего отца, — я постучала пальцем по виску, обозначая место их хранения, — еще не закончились.

— Говорил, — кивнул святой отец, — но мне нужны гарантии, что ты не обманешь, не бросишь храм на полпути, выйдя замуж за какого-нибудь купца.

— Я не пойду в монашки! — воскликнула я, мгновенно сообразив, что свяжет меня с храмом на веки вечные. Вот уж точно, лучше сразу в костер.

— Нет, — покачал он головой, — не пойдешь. Не годишься ты, Василиса, в монашки. — Я с облегчением выдохнула. — Ты пойдешь за меня замуж.

Что?! Замуж за святого отца?! Челюсть стукнулась об коленки и упала на пол. Мозг пребывал в ступоре, пытаясь понять — а не заснула ли я за столом после бессонной ночи?

А вот общество восприняло слова святого отца неоднозначно. Великий князь смотрел на меня с пренебрежением. Светозар открыл рот и с интересом ждал, что я отвечу. Наш святоша уставился в тарелку и скреб вилкой, как будто бы там ко дну прилипла золотая гинна.

Но никто не был удивлен. И это было еще большим шоком. А что так можно было?! А вдруг я все же ослышалась?

И только женщина во мне не потеряла самообладания.

— Простите, святой отец, — мягко и, как обычно, слегка растянуто произнесла она и виновато улыбнулась, опустив глаза, — но я вынуждена вам отказать.

И взгляд полный сожаления и раскаяния за содеянное прямо на священника. И тот заморгал, проглотив слова, которые собирался произнести.

Светозар довольно фыркнул. Великий князь вскинул бровь, а святоша наконец перестал царапать тарелку. А моя женщина с той же жалобно-печальной интонацией продолжала:

— Ваше предложение, огромная честь для меня, святой отец. Но, увы, сердце мое отдано другому.

И тут до моего ошарашенного мозга дошло! Раз святой отец может жениться, значит и святоша тоже! Я изо всех сил пнула святошу под столом и решительно сказала, перехватывая инициативу: