Книга Жена тёмного князя 2, страница 86 – Алёна Цветкова

— Я понимаю… но я больше так не могу, Ась. Я хочу быть с ней. Пусть это будет несколько дней, или даже часов. Но я больше так не могу…

Я ничего не ответила. Не знала, что сказать. Молча вернулась к работе, бездумно щипая сорняки… Душой я скорее была на стороне Сеньки и Лизки. Понимала, что сама предпочла бы провести несколько часов с Борисом, чем всю жизнь без него. Но если подумать, то влюбленным следовало бы немного подождать. Даже если мы не придумаем, как узнавать предпочтения гурлинок, не вытаскивая светлых за Пределы Жизни, то через год у нас будет еще несколько выводков гурилнок… И шансы увеличатся. Нужно только верить и ждать.

— Ась? — Сенька не выдержал первым, — так что? Поможешь?

Я, тяжело вздохнув, кивнула. А что мне оставалось делать? Если бы я отказала, то Сенька просто сбежал бы в Пределы Жизни! Я то ли уговаривала, то ли оправдывала себя, мысленно повторяя эти слова снова и снова…

— Спасибо, — засиял Сенька, который так и не понял, что творилось в моей душе. Он вскочил и, сверкая абсолютно счастливой улыбкой, умчался с огорода.

Я бросила сорняки, которые все это время держала в руке, и с тоской взглянула в сторону дома. Если бы Борис не спал… Если бы хоть кто-то мог помочь мне понять, правильно ли я поступила, согласившись рискнуть жизнью неведомой мне Лизы.

Настроение сразу пропало. И оставшиеся грядки я допалывала на одной силе воли. Больше всего мне хотелось пойти домой, забраться под бочок к мужу и спросить у него совета. Жаль, что Черныш еще слишком мал.

— Гур? — Правый, появившийся из ниоткуда, ткнулся башкой в безжизненно висевшую руку. Время было к обеду. Я уже уходила с огорода. Мне еще нужно было накормить мужчин, и я собиралась нажарить как можно больше рыбы. — Гур?

— Ну, что, — грустно улыбнулась я и погладила гурлинку по черной голове, — нагулялся? Напраздновался?

— Гур! — завопил Правый и принялся тереться об меня как кошка. Раньше он так никогда не делал, и это было забавно, смешно и немного щекотно.

— Правый, — я присела и обняла птицу, осторожно прижимая его к себе, — а ты знаешь, как у гурлинок происходит привязка? Как вы выбираете своих хозяев?

— Гур, — недоуменно произнес Правый, и я увидела картинку: я заслонила все небо. Мое лицо нависло надо мной и я четко увидела, впавшие щеки, мечущиеся глаза, сияющие лихорадочным блеском, царапину, проходившую через весь лоб, на краю которой набухла капелька крови. Вероятно, Правый показал мне тот момент, когда я нашла их в том болотце.

— Ужас, — непроизвольно скривилась я и передернула плечами, — какая страшила.

— Гур! — Возмутился Правый, закрыл глаза и даже как будто бы напрягся в моих руках. И случилось невероятное… Картинка обрела объем, я услышала писк комаров, ощутила запах болотного торфа, зябкую сырость и холодный, неприятный свет солнца. А потом надо мной снова склонилась я, закрывая собой от обжигающих лучей. И сейчас я была немного другой… Нет, внешность была такая же ужасная, но я явственно ощутила тепло, которое исходило от меня, от моих рук, которые потянулись и накрыли меня, защищая от страшного и незнакомого мира.

— Ничего себе, — выдохнула я шепотом, — я и не знала, что ты так можешь…

— Гур, — выдохнул Правый и обессиленно повис на моих руках. Я подняла уставшую птицу. Хорошо, что он не такой, как Левая, мелькнула мысль. Ее я бы не подняла при всем желании. Даже сейчас Правый ощутимо оттягивал руки.