Книга Жена темного князя 3, страница 10 – Алёна Цветкова

Прошел почти месяц. Осень уже вовсю правила балом, окончательно оголяя деревья и украшая желтые ковры под ногами серебряной изморозью. Уже приехали к нам в поселение четыре новых некроманта, а ни одной темной женщины, так и не появилось. И, вообще, ни одной женщины не появилось. Хотя я каждый раз перед походом в Пределы Жизни я напоминала Борису о его обещании. Это накладывала отпечаток на наши с ним отношения. Пусть я сделала шаг назад и вернулась к нему, но прежней близости между нами больше не было. Я больше не чувствовала себя своей. Впрочем внешне это совсем не было заметно.

Зато Совет Пяти объявил о том, что на днях в Мертвых землях появится светлый маг, которого заподозрили в темных делишках. За это ему грозило такое серьезное наказание, что он предпочел сбежать в Мертвые земли, чем попасть в руки своих же собратьев.

Светлый маг был нам нужен. Очень нужен. И дело даже не в том, что сейчас у нас некому было лечить изредка случавшиеся травмы, и приходилось прибегать к народным методам, прикладывая подорожник к сломанной руке, чтобы быстрее срослась кость. Дело было в том, что у Васьки, нашего единственного светлого мага, стали случаться произвольные выбросы магии, которые укладывали его в постель на несколько дней.

Борис мне объяснил, что такие магические всплески обозначают, что очень скоро магия проснется. Однако у Васьки все было немного не так, как надо. Во-первых, он был еще слишком мал, а, во-вторых, обычно всплески магии не приводят к таким результатам. Максимум подросток чувствует небольшую усталость и ложиться спать пораньше.

Никто из темных не мог помочь Ваське даже при самом большом желании. Максимум, что они могли, так это отогнать тьму, как делал Борис, когда умирала я. Но, к счастью, до этого дело не дошло. Отлежавшись пару дней, ребенок чувствовала себя прекрасно и носился вместе с Гришкой, Пузиком и Левой с ее птенцами по всему Забытому городу.

Именно поэтому светлый маг, изъявивший желание перейти на сторону темных изгоев, мог рассчитывать на нашу всестороннюю помощь. Борис даже советовался с Левой, как принудительно привязать ее птенца к светлому, если ни одному из них он не понравится. Связь между Васькой и Левой стала такой прочной, что маленький светлый маг с легкостью справился с таким сложным «переводом».

Вообще, в последнее время мы стали подозревать, что с гурлинками все не так просто. Между Борисом и Чернышкой, которая за эти месяцы значительно выросла, став гораздо больше своих собратьев, тоже все было очень странно. Не так, как у нас с Правым. И даже не так, как у Васьки с Левой. Борис признался мне, что иногда ему кажется, будто бы он ощущает Чернышку, как часть себя, и может не просто смотреть на мир ее глазами и чувствовать то, что чувствует она, но и управлять птицей на отдалении. А гурлинка, в свою очередь, использует его магию для своего роста и развития. Именно поэтому ни мой Правый, ни Лизин Четвертый не росли так, как Левая или Чернышка. Мы с Лизой не были магами, и магии нашей души для гурлинок было недостаточно.

Чтобы выяснить правдивы наши догадки или нет, нам тоже нужны были светлые маги. Ведь одиннадцать остальных птенцов были светлыми.

В ночь, когда светлый должен был пересечь Барьеры, отделяющие Пределы Жизни от Мертвых земель, я никак не могла заснуть. Борис, вопреки сложившимся за последнее время обычаям, сам отправился в Пределы Жизни, чтобы вызволить мага, чего он уже давно не делал. Мы боялись, что некроманты, преданные светлым, почувствуют появление темного князя там, где его не должно было быть. То, что светлые оставили нас в покое после Петькиного предательства, не восприняв нас как угрозу, не значило, что они не могут передумать.