Книга Старшая сестра его величества. Богатство, страница 3 – Алёна Цветкова

Услышав грохот я замерла с тряпкой. Незнакомец в сенях пьяно ругался, воюя со старыми ведрами и ухватом. Я не то, чтобы испугалась. Нюнь рядом, стоит только крикнуть, и он тут же вышвырнет пьяного из дома. Но опасения все же возникли.

Кто это такой наглый, чтобы вломиться в дом невесты самого Жерена? Не думаю, что таких идиотов в Нижнем городе много…

Я осторожно выглянула в сени с тряпкой наперевес. И невольно фыркнула. На полу барахтался «ночной король» собственной персоной. Что, спрашивается, приперся? Попадаться ему на глаза после Селесиных откровений я не хотела. И поэтому не пошла на свадьбу единственной подруги.

Грием меня не видел и продолжал воевать со старым ведром, которое наделось дужкой на ногу и никак не хотело слезать. Он дрыгал ногой и виртуозно ругался.

— Что вам нужно в моем доме? — свела я брови на переносице, стараясь не расхохотаться.

Услышав мой голос, Гирем замер. Дужка тут же свалилась со ступни освобождая пленника. Он осторожно встал, оказавшись на голову выше меня. Я невольно затаила дыхание. Гирем принадлежал к тому типу мужчин, которые мне нравились. И от его близкого присутствия мне стало не по себе. Сердце застучало, а в груди стало жарко.

— Почему ты не пришла на свадьбу? — спросил он, глядя на меня так, что я сразу вспомнила о подоткнутом подоле и голых коленках. И только закалка нравами мира Елены Анатольевны позволила мне не покраснеть.

— Не хотела тебя видеть, — призналась я честно. — Мне Селеса все рассказала. И я благодарна тебе за помощь. Но, — запнулась. Я же не могла сказать ему, что я принцесса, а он всего лишь ненаследный барон, хотя именно эта фраза вертелась у меня на языке. — Но вы, господин, аристократ, а я простая женщина. А быть вашей или чьей-либо еще содержанкой я не хочу. Подождите, — решила закончить все сразу, — я верну вам кинжал и деньги…

Я хотела зайти в дом, не успела сделать ни одного шага. Гирем поймал меня за талию и потянул. Я развернулась, и неожиданно близко увидела его глаза. Черные, как ночь. Зовущие, как звезды. Вызывающие глухую тоску в груди, как полная луна. Облизнула губы, пытаясь справится с волнением.

— Еляна, — прошептал он, прижимая меня к себе. Выдохнул, — Елянка…

От его шепота по телу побежали мурашки, в горле пересохло, а руки, которые я непроизвольно выставила вперед, защищаясь, ослабли.

— Мне все равно кто ты, — он осторожно, кончиками пальцев убрал с моего лица упавшую прядку рыжих, крашенных хной волос, ласково провел широкой, мозолистой ладонью по волосам, спустился по спине и замер на талии, обжигая через плотную ткань платья, — мне все равно кто ты, — повторил он. — Нищенка, которую я увидел на площади, или сбежавшая из Ургорода юная Мать. Я все знаю, — он улыбнулся, — и мне все равно. Я тебя никому не отдам. Ты моя.

— Ты пьян, — попыталась я все прекратить, — как проспишься, так все и забудешь.

Он фыркнул. Его руки все так же обнимали меня, но больше не удерживали. Если бы я хотела, если бы я могла… мне ничего не стоило уйти. Но я продолжала стоять и смотреть на него. Ждать. Чего? Я и сама не знала.

— Я пьян, — согласился он, — но я точно ничего не забуду. Я уже давно не могу тебя забыть. — Грием улыбнулся. Мягко и нежно. — я тебя не тороплю… я ждал так долго, и готов ждать еще. Но ты должна знать…