Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 170 – Алёна Цветкова

Я на мгновение прикрыла глаза, чтобы не выдать своих эмоций. С одной стороны я была рада получить весточку от Гирема, и сердце сладко екнуло, когда я услышала, что он беспокоится обо мне. А с другой... впервые у меня в душе появилась обида и даже какая-то злость на человека, которого я любила. Почему-то вдруг вспомнилось, что Гирем в случае опасности всегда предпочитал сбежать, спрятаться, а не сражаться за себя и своих людей. И хотя я понимала, что в его ситуации это поведение, возможно, было более правильным, чем открытый конфликт с сильными мира сего, ничего не могла с собой поделать. Его «мог позволить вам рисковать» неприятно царапнула. Не хотел бы, чтобы я рисковала жизнью, остался бы и помог бы мне, а не прятался бы от гнева Третьего советника и Адрея. И тогда, глядишь, не Жерен, а он узнал бы всю правду обо мне.

— Наш общий знакомый, — заговорила я, стараясь, чтобы горечь обиды не просочилась в интонации моего голоса. Но все равно ответила слишком резко, — кажется забыл, что он всего лишь мой любовник. Бывший любовник. И у него нет никакого права позволять или не позволять мне делать свой выбор. Но, господин барон, не пытайтесь сделать вид, что вы здесь только для того, чтобы передать привет. Иначе в вашем письме не было бы упоминания о моей горничной, в освобождении которой вы готовы оказать мне помощь.

Барон Грац снова захохотал, как будто бы я сказала что-то очень смешное. А вот мне было не до смеха. Внезапно разбуженные чувства мешали сосредоточится, глупая обида на Гирема разгоралась с каждой минутой. Да, как он, вообще, смел мне что-то указывать?!

— Вы определенно изменились. Помню, как впервые встретил вас на лестнице в харчевне. Тогда вы были похожи на маленькую испуганную девочку. Сейчас же передо мной сидит женщина, которая знает что хочет...

— Хватит! — не выдержала я и, встав из-за стола, резко опустила раскрытую ладонь на стол. Не удар кулаком, но уже что-то близкое. — Если вы пришли, чтобы предаваться воспоминаниям и сыпать комплиментами, то вынуждена вас покинуть. У меня совершенно нет времени думать о прошлом. Мне нужно освободить мою горничную. И я приехала на встречу только потому, что надеялась на вашу помощь. Если же это не в ваших силах, то и разговаривать нам не о чем.

Я развернулась, чтобы уйти, но барон успел схватить меня за руку, и резко дернул, разворачивая к себе.

— Не спеши, Елька, — презрительно фыркнул он. — то, что ты стала герцогиней, ничего не меняет. Ты как была уличной девкой, так и осталась. Я помогу вытащить твою горничную, но за это ты должна будешь делать все, что я говорю! — заявил он, прижимая меня спиной к груди. Прямо на глазах у всех. Пусть этот столик был в самом темном углу и почти не просматривался из зала, но у нашей «близости» могли быть случайные свидетели. А барон зашептал на ухо, — за нами следят люди Бокрея. Развернитесь и ударьте меня изо всех сил.

Только об этом меня и просить не надо было. Гнев поднялся волной и я, еще не дослушав до конца, развернулась, одновременно отпрыгнув от выпустившего меня из рук барона, и размахнувшись влепила ему звонкую пощечину.

— Да, как вы смеете! Вон из моей ресторации, и чтобы духу вашего здесь больше не было! — воскликнула, безуспешно пытаясь взять себя в руки. Меня просто трясло от ярости. Если бы сейчас у меня в руках снова оказался кинжал, я бы не раздумывая воткнула его в грудь Граца. Но оружия у меня не было, и я с размаху ударила обидчика по второй щеке.