Книга Грозовой аудит: чипсы, мазь и два меча, страница 33 – Алиса Миро

Ему холодно. Ему страшно. И тут — теплый дом. Горячее мясо. Безопасность. Он отдаст за это любую монету. Я видела, как в глазах старика крутятся шестеренки калькулятора (или его средневекового аналога). — Хорошо, — стукнул он посохом. — Мы расчистим тропу. Мы дадим людей для стройки. Но Огонь в Бутылках («Охотник») должен поступать без задержек. — Слово Сторма, — сказал Виктор. — Слово Сторма, — эхом отозвалась я. Отъезд. Мы уезжали на рассвете четвертого дня. Плюшка была навьючена шкурами (подарок Хаггара) и мешками с редкими травами, которые Дора заказывала (я выменяла их на три банки крема для лица для жены Вождя — да, у него была жена, и она тоже хотела быть красивой). Прощались тепло. Тормунд хлопнул Виктора по плечу так, что Лорд чуть не присел. — Пришлю брата с десятком парней через луну, — пообещал горец. — Пусть посмотрят твой замок. Если кормежка добрая — останутся служить. — Чипсов приготовлю, — пообещал Виктор серьезно. (Боже, он учится шутить!) Я подошла к Хаггару. Старик стоял у входа в пещеру, опираясь на посох. — Ты увозишь мою силу, Гроза, — проскрипел он. — Мои люди теперь смотрят на долину, а не на вершины. — Я даю им новые вершины, Вождь. Вершины процветания. Он сунул руку за пазуху и достал амулет. Клык медведя на грубой жиле. — Возьми. Это знак Клана. Пока он на тебе — ни один волк, ни двуногий, ни четвероногий, тебя не тронет. Я склонила голову. — Это честь. — И... — он замялся. — Пришли еще той мази. Для спины. Поясница, зараза, ноет перед снегом. Мы начали спуск. Дорога вниз всегда быстрее, но опаснее. Но теперь я ехала не в неизвестность. Я ехала домой. И я везла с собой не просто договор. Я везла с собой армию. И будущее. Виктор поравнялся со мной на широком участке тропы. Он выглядел довольным. — Знаешь, — сказал он, глядя на снежные пики. — Я десять лет думал, как выбить их из этих скал. А ты пришла и купила их за мешок репы и ящик водки. — Не водки, а элитного бальзама, — поправила я. — И не купила, а интегрировала в экономику. Он рассмеялся. Громко, раскатисто. Эхо подхватило его смех. — Интегрировала... Люблю тебя, черт возьми. — Я знаю, — я улыбнулась, поправляя меховую варежку. — А теперь поехали быстрее. Я хочу в ванну. В настоящую, горячую ванну. И кофе. Ведро кофе.

Позади остался Каменный Очаг. Впереди лежал Грозовой Створ. И теперь это была не просто точка на карте. Это была столица новой Империи. Моей Империи. Осталось только объяснить это Алхимикам. Но что-то мне подсказывало: когда они увидят на стенах замка рыжих варваров с моими квадратными бутылками на поясе... они сами захотят купить франшизу.

Обратная дорога была другой. Горы менялись. Если неделю назад они встречали нас ледяным молчанием, то теперь они... шумели. Сначала это был едва слышный шепот. Потом — тихий звон. А к середине спуска этот звук превратился в многоголосый гул. Это была вода. Снег, спрессованный ветрами за долгую зиму, сдавался. Под копытами Плюшки хлюпало. Черные, мокрые скалы сбрасывали с себя белые шубы.

— Смотри, — Виктор придержал коня и указал плетью на южный склон, куда били прямые лучи солнца. Там, среди серого крошева камней и грязного снега, горела искра. Лиловая. Крошечный, мохнатый бутон прострела, пробивший ледяную корку. Он дрожал на ветру, но стоял насмерть. — Весна, — выдохнул Виктор. — В этом году она пришла на две недели раньше. — Это потому, что мы разбудили горы, — улыбнулась я, жадно вдыхая воздух. Воздух тоже изменился. Он больше не обжигал легкие стерильной пустотой. Он пах мокрой землей, прелой прошлогодней хвоей и озоном. Запахом перемен.