Книга Искушение. Мой непокорный пленник, страница 134 – Виктория Виноградова

Он поделился со мной, что на самом деле никогда не хотел быть солдатом, но в свое время не посмел перечить отцу. Что ему всегда нравились две вещи: торговля и готовка. Но он подчинился воле родителя, отправился воевать, и все закончилось плачевно. Причем, не только для него, но и для его соратников. Маркус признался, что он не просто находился в том злополучном отряде, который хитростью пленили. Он руководил им.

И тот бой в амфитеатре еще раз наглядно показал к чему привело его руководство. Как из-за глупости (а решение о принятии в лагерь вражеской группы было принято именно Маркусом), погибло столько прекрасных воинов. И все потому, что как бы он не старался — ему не удавалось стать по-настоящему хорошим военачальником. Он мог бесстрашно сражаться, мог отдавать приказы, его слушались, он со всеми был в дружных отношениях. Но касаемо стратегических решений, планов, умения видеть всю ситуацию и мыслить на несколько ходов вперед — это Маркусу давалось весьма скверно.

И если бы он в свое время не побоялся настоять на своем, отказался бы идти в армию, ничего этого не произошло бы. Единственное, в чем он нашел утешение, что из-за случившегося он встретил меня.

Маркус признался, что пока он находился в рабстве, многое переосмыслил, и еще крепче убедился, что его душа лежит к торговле. Ему понравилось ходить на рынок, общаться с купцами, вести дела. В этом он чувствовал вдохновение и азарт. И теперь горел желанием вернуться на родину и начать жить заново. Вместе со мной.

Вира было предложено взять с собой, чтобы он также помогал следить за домом.

Мы еще раз вспомнили вчерашнюю ночь. Маркус пересказал, что происходило в доме, после начала землетрясения. Как они оказались заперты во внутреннем дворике, когда начался пожар. Как тушили воду. Как увидели, что мы начали тушить огонь со стороны входа, и это спасло гостей.

Я поведала, как разбирали завалы. Как пробиралась по заваленному коридору, практически на ощупь, пытаясь найти тела Маркуса и Юлиса. И если бы не Юлис, который подал голос, искала бы еще очень долго. Как мы тащили тело Маркуса по заваленному проходу.

Мой брюнет, слушая о своем спасении, не переставая гладил меня и повторял какая я смелая девочка. И как он мне благодарен.

Обсудили, что теткин дом можно предоставить Толстому Фогу, потому как он, оказывается, жаловался Маркусу, что его собственный дом нуждается в ремонте. Но, разумеется, передать на условии, что ему придется съехать, если моя родственница все же вернется. А пока ее нет — пусть живет.

С Эйстерией было решено пообщаться через несколько дней, когда у Маркуса более-менее заживет нога, а сам он окрепнет и наберется сил.

Вечером мы пили эщет, Маркус рассказывал о своей стране, а я слушала с замиранием сердца, будто сказку перед сном. Представляла маленький уютный домик где-то на склоне холма, вокруг земля, на которой растут травы для эщета. Как мы их собираем, сушим их на солнце, как Маркус каждый вечер заваривает напиток, полностью выращенный своими руками. Как то и дело делится радостными новостями, что смог договориться с очередным торговцем о выгодной продаже. Как у нас появятся дети. Мальчишки будут такие же упрямые и смелые как Маркус, а девочки — красивые и начитанные, как я.