Книга Пленница генерала-дракона, страница 79 – Виктория Виноградова

Веселина

Мы с Гораном крадемся за людьми на ходулях. Как только не падают с этой верхотуры? Поди с детства учатся так перемещаться?

Интересно до жути. И немного страшно. Вдруг и правда убьют? Горан уверен, что именно это и случится. Но все равно согласился сделать, как я предложила.

Смотрю, как он уверенно сжимает мою ладонь, как загораживает могучей спиной от опасностей поля, и не могу не улыбаться. Какой же он сильный и надежный. И как же нравится мне. Все больше и больше.

Когда солнце переваливает через зенит, мы выходим к… лагерю? Или что это?

Я даже не сразу понимаю, что именно мы видим. Это какие-то дома на ногах. Выглядят так, будто взяли деревянного коня и вместо туловища избу приладили. Меж домами мосты и настилы перекинуты. И мосты эти уж очень мне верхний ярус Невьграда напоминают. Там так же между кварталами переходы сделаны. Только здешние не из металла построены, а из досок и веревок. Интересно, кто у кого идею позаимствовал?

— Ничего себе, — выдыхаю я.

Горан тоже с удивлением разглядывает подвесной городок над полем. Для него и самого это все в диковинку.

По мосткам ходят люди. Кто-то несет ведра, кто-то сидит на краю настила и чинит ходули. Все двигаются тихо, без суеты.

Я уже собираюсь предложить поговорить с ними. Может помогут? Или хоть попить дадут. Но в этот момент из центра лагеря выходит необычная женщина. Ее шею и руки обвивает что-то зеленое, навроде лианы. Женщина замотана в пестрые одежды, на голове тюрбан. В руках у нее животное. Небольшое и странное. Видимо какая-то тварь с поля.

Она что-то коротко и призывно говорит. Все откладывают дела и собираются вокруг нее.

Мы с Гораном затаив дыхание следим за происходящим.

Непонятно, что сейчас будет.

Женщина поднимает животное вверх. Оно пищит, дергается.

Вновь какая-то короткая речь, состоящая из отрывистых слов. Что именно выкрикивает женщина — не разобрать: ветер заглушает слова.

Резкое движение руками и… она отрывает животному голову.

Зажимаю рот, чтобы нечаянно не вскрикнуть — до того омерзительно.

Кровь брызжет в разные стороны. Люди подносят большую чашу. Жрица льет в нее хлещущую кровь. После откладывает убитое животное, подносит чашу и пьет.

Фууууу…

Меня начинает мутить от этого зрелища.

Вслед за женщиной к чаще прикладываются остальные. Каждый делает глоток и передает соседу.

— Видишь? — шепчет на ухо Горан. — Я говорил — они варвары.

Согласно киваю. Тут он прав. Это и впрямь выглядит жутко. Теперь даже я понимаю, что помощи у них лучше не просить.

Медленно отходим, чтобы дикари не заметили нас.

Отступаем все дальше и дальше. Боковым зрением замечаю, что справа в колосьях что-то шевелится. Мелкое, навроде мышки. Затем мелькает тень. Слышу «клац». И это «клац» такое громкое, что я невольно дергаюсь и делаю самое тупое, что можно сделать в Гиблом поле — отскакиваю не глядя назад.

Нога цепляется за что-то. Резкая боль — будто ножом по голени полоснули.

— Замри, — Горан напуган.

Стою, как вкопанная. Дышать боюсь.

— Что это?

— Паутина костошвеев, — отвечает он и по его бледному лицу понимаю, что мне кабзда. Полная. — Она режет, как лезвие. До костей. Не двигайся.

Сглатываю. В горле сухо. Дело дрянь.

— Я… поняла.

Нить паутины давит и жжет. Чувствую, как по ноге течет теплая струйка крови.