Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 91 – Ольга Консуэло

Гнев захлестнул Альви тяжелой волной, наполняя неимоверной силой. И когда эта сила переполнила ее, от рук Альви во все стороны потянулись ленты разрушительной тьмы, и всё, чего они касались, исчезало. Совсем. Оставалась только пустота, не имевшая ни цвета, ни формы.

— Нет! — завопила Блехингар. — Не смей!

Она отскочила от Мьюра и взмыла в воздух, снова превращаясь в человека. Вот только теперь прекрасной феей ее никто бы не назвал. Или его? Бесполое безволосое нечто, напоминавшее неумело сделанную куклу, злобно зашипело, скаля острые зубы:

— Мерзкие людишки! Портите всё, чего касаетесь! От вас один вред! Убирайтесь из моего дома!

— Мы уйдем, — холодно ответила Альви, — но только все вместе.

— Да пожалуйста! Эти девчонки всё равно уже невкусные.

Блехингар взмахнула руками, и прямо рядом с местом, где сидели дети, появился вход в длинный коридор, в конце которого сиял яркий свет.

— Это наш маяк, он указывает выход отсюда, — уверенно сказала Альви, — пойдемте, девочки, нам пора возвращаться домой.

Варейса, Сеуса и Кёль, так и не сказавшая за всё это время ни единого слова, взялись за руки и вошли в коридор. Мьюр, снова ставший обычного размера, перекинулся в человека и замер, поджидая Альви. Когда она подошла к нему, и взяв за руку, хотела уже сделать первый шаг к выходу, снова подала голос Блехингар:

— Думаю, за причиненные вами разрушения мне положена компенсация, — она мерзко захихикала. — Пожалуй, я заберу у тебя кое-что, Проклятая фея смерти. И раз уж у меня не получилось съесть вас целиком, то съем хотя бы это.

Альви и Мьюр встревоженно обернулись — Блехингар снова выглядела красоткой, вот только этот образ был полупрозрачным, и из-под него просвечивал всё тот же бесполый уродец.

— Это мой мир, людишки, и в этом мире у меня есть власть. Вы ведь любите друг друга, правда, голубки?

Альви и Мьюр промолчали, но Блехингар это не смутило:

— Любите, теперь я чувствую. Если бы не это, я бы сумела сожрать вас обоих, не сомневайтесь. Но эта ваша любовь — неподходящая пища для таких, как я. Нас она разрушает, поскольку противоположна пустоте, из которой мы состоим. А вот проклятие — другое дело.

Блехингар облизнулась, скользнув по губам омерзительно-длинным языком, и продолжила:

— Так вот, в этом мире у меня есть власть. И этой властью я могу поженить вас, голубки, и тогда вся энергия проклятия достанется мне. Вы согласны?

— А если нет? — угрюмо буркнул Мьюр.

— Попробуй отказаться и узнаешь, что будет, — холодно улыбнулась Блехингар.

— Я согласен! — решительно сказал Мьюр.

— И я! — не менее решительно сказала Альви.

— Вот и чудненько! Умненькие людишки! Я, Блехингар, владычица пустоты, объявляю тебя, Мьюркур Хуидграхт по прозвищу Сумрачный волкодав, и тебя, Альвира Стеркюрр по прозвищу Проклятая фея смерти, мужем и женой. Скрепите брак поцелуем. Давайте-давайте, без этого не сработает!

Мьюр с сомнением покосился на Блехингар, но всё-таки поцеловал Альви. И когда она ответила на поцелуй, вокруг внезапно потемнело. Мьюр и Альви испуганно отпрянули друг от друга и ошалело уставились на огромное черное облако, медленно плывущее от них к Блехингар.

— Бежим! — шепнула Альви и потащила Мьюра за собой в спасительный коридор.

Вопреки опасениям, Блехингар их не преследовала. Они нагнали девочек, вместе с ними добежали до стены яркого света в конце коридора и беспрепятственно шагнули сквозь нее.