Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 67 – Ольга Консуэло

— A вы не нарушаете никаких инструкций? — осторожно поинтересовался Мьюр, когда они сели в маленький серый автомобильчик с надписью «Администрация Лаунтских островов».

— Нет, — покачал головой Тейрдарссон, — осматривать мастерские посетителям не запрещено. У нас их всего три: швейная, столярная и слесарная.

— А что, мужчин среди ссыльнопоселенцев больше, чем женщин?

— Вы так решили, потому что считаете, что столярное и слесарное дело — мужские занятия? — хмыкнул Тейрдарссон. — У нас здесь это не так: каждый может выбрать любую мастерскую и в любое время пройти обучение и перейти в другую. Мужчин и женщин же у нас почти поровну, сейчас женщин сорок три, а мужчин сорок девять.

Городок, где жили ссыльные и находились мастерские, был расположен на противоположном конце острова. Там же располагались магазин, торговавший как продуктами, так и промтоварами, целительский пункт и библиотека. Ни кафе, ни кинотеатра не было, однако, как пояснил Тейрдарссон, в квартирах имелись телевизоры, правда, транслировавшие только три государственных канала. Жили ссыльнопоселенцы не в общих бараках, как предполагал Мьюр, а в квартирах. В каждом из серых двухэтажных домиков их было по восемь. У всех квартир были отдельные входы: у тех, что на первых этажах — прямо с тротуара, а к тем, что на вторых, вели расположенные снаружи лестницы.

— Это чтобы они поменьше пересекались друг с другом, — пояснил Тейрдарссон, — те, кто сюда попадает, как это ни странно, не слишком стремятся к общению.

Здание швейной мастерской тоже было серым. Когда они вошли внутрь, Тейрдарссон провел Мьюра в кабинет начальника мастерской, имевший окна, выходившие и на улицу, и прямо в помещение мастерской.

— Пришли посмотреть на Юргельсун, — пояснил он хозяину кабинета, и тот просто молча кивнул в ответ, вновь погрузившись в документы, которые изучал.

— Вон она, вторая в самом левом ряду, — сказал Тейрдарссон, подведя Мьюра к внутреннему окну.

Лицо сидевшей за швейной машинкой женщины показалось Мьюру даже симпатичным, только усталым и очень мрачным. Он минут пять разглядывал ее и уже хотел сказать своему гиду, что готов возвращаться, как внезапно раздавшийся громкий и резкий звонок заставил Мьюра вздрогнуть от неожиданности.

— Конец смены, — пояснил Тейрдарссон. — Смены в мастерских у нас не по восемь часов, а по шесть, ссыльнопоселенцам положен неполный рабочий день.

Работавшие в мастерской выключили машинки и стали вставать с мест, направляясь к выходу. Греймюр тоже поднялась, тяжело опираясь на стол, и только тогда Мьюр разглядел, что она не просто полная, а чудовищно толстая. Юргельсун, медленно, подволакивая ноги, шла к выходу, а он во все глаза глядел на нее, ужасаясь тому, какой она стала.

— Это что — какой-то откат от применения проклятия? — ошалело поинтересовался он у Тейрдарссона.

— Нет, — покачал головой тот. — Абсолютно точно нет, ее уже неоднократно проверяли целители, мы даже приглашали мага-эксперта. Она просто так питается. Это же не заключенные, а ссыльные, они сами выбирают, что им есть, и могут покупать любые продукты из ассортимента нашего магазина.

— Трудно поверить, что она здорова, — протянул Мьюр.

— Сначала была, теперь уже, конечно, нет, — вздохнул Тейрдарссон. — Думаю, она довела себя до такого состояния из-за воздействия Зеркала Эрльех.