Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 16 – Ольга Консуэло

— А конкретно это место вообще часто посещают? — поинтересовался Мьюр, обращаясь ко всем присутствующим.

Ответил Хундурин:

— Как мне сказал господин Кеританен, который обнаружил тело, гуляя с собакой, по утрам и вечерам здесь время от времени появляются те, кто выгуливает своих питомцев, но не именно в этом месте, а ближе к дороге. Конкретно сюда вряд ли кто- то часто приходит, тут ведь нет никакой тропинки, даже когда нет столько снега, как сегодня. Он бы и сам сюда не направился, если бы его спаниель по кличке Кнюбзик не кинулся сюда и не отказался возвращаться, игнорируя все команды хозяина.

— Спаниель — охотничья собака, другие могли и не почуять тело на таком расстоянии, даже если и прогуливались сегодня утром неподалеку, — задумчиво кивнул Мьюр. — Но всё равно надо попытаться установить, кто именно здесь еще гулял в это время.

— Мне поручите? — поинтересовался Кин.

— Пока я раздавать поручений не буду, — покачал головой Мьюр. — Сначала нужно узнать, сколько оперативников начальство выделит на это дело, а потом я уже буду планировать расследование.

— Думаю, нас с Труром и выделят, мы часто работаем вместе, — с улыбкой заметил на это Кин, — но вы правы, конечно, нужно дождаться официального назначения.

— Так, значит, вот что получается, — снова начал Мьюр, — девочка пришла сюда предположительно рано утром. День сегодня учебный, но ни рядом с телом, ни поблизости школьной сумки не нашли. Значит, если она и отправилась из дома в школу, сумка осталась где-то еще, возможно, у того, кто ее сюда привез. Или она ушла из дома тайно, возможно, даже ночью и ночью же пришла сюда, что, конечно, представляется маловероятным, ведь ночью здесь совсем темно, да еще и снег шел, а фонарика при ней не обнаружили.

— Ох, я забыл вам сказать! — огорченно воскликнул Хекассен. — Вернее, не сообразил, что это может быть важно. На связке ключей, которые мы нашли в кармане, как раз имеется брелок-фонарик. Он маленький, но для такого размера довольно мощный.

— Значит, ночью она вполне могла здесь сориентироваться, даже несмотря на снегопад, — заключил Мьюр. — Так вот, она пришла сюда сама, или ее кто-то привез на машине, но от дороги она уже шла одна. Дошла до того места, где мы ее нашли, легла и умерла. Звучит бредово, — Мьюр невесело хохотнул.

— А может, она просто заблудилась и замерзла насмерть? — высказал предположение Кин.

— Она же была лисой-оборотнем. У лисы достаточно теплый мех, чтобы спокойно провести ночь на снегу, тем более мороз был не такой уж и сильный, градусов семь всего, — возразил Трур.

— А если на нее как-то воздействовали магией, чтобы она не могла обернуться? Такое ведь возможно? — обратился Кин к Урслин.

— Да, подобное возможно, — кивнула та. — И чисто теоретически, если на нее воздействовали где-то ближе к вечеру, то к тому времени, как я здесь появилась, следы воздействия уже могли развеяться.

— А еще существуют препараты, блокирующие оборот, их используют целители, если по какой-то причине нельзя допустить, чтобы оборотень перешел в животную ипостась, а контролировать себя он не может, — добавила Альви. — Но не похоже, чтобы она замерзла — замерзающий человек инстинктивно старается сгруппироваться, чтобы сохранить тепло. Если бы она замерзала, то, скорее, села бы, прислонившись к стволу какого-нибудь дерева, и сжалась поплотнее. А она, наоборот, лежала вытянувшись, да еще и сложив руки на груди. Маловероятно, что тот, кто страдает от холода, примет такую позу.