Книга Белый Шиповник и Черные Ягуары, страница 175 – Ольга Консуэло

— А что вы сделали с Ренцем?

— Наложил на него специальное заклинание, обеспечивающее его неподвижность и молчание. Не волнуйтесь, перед уходом я его деактивирую.

— А глиф у него на лбу зачем?

— Для создания связи на крови. Она понадобится для второй части моего плана — персональной мести виновным, этим мерзавцам, проводившим ритуал: Барлитосу Терреро, Инстобалю Кертандесу, Арданио Баргуалю и Тарселино Венья, ну и, конечно же, Верралю Дарсинссо, — со жгучей ненавистью процедил ан Меренья.

— А отцу Ренца-то за что? — возмутилась девушка. — Он ведь не виноват в том, что случилось с Ани.

— В этом — не виноват, — согласился ан Меренья. — Но он виноват в другом — в том, что эти подонки остались безнаказанными.

— Но он ведь не смог вспомнить, кто проводил ритуал!

— Ошибаетесь, студентка Ларисентсен, он всё прекрасно помнил, — с твердой убежденностью возразил ан Меренья.

— Откуда такая уверенность? — опешила Инса.

— Он сам мне рассказал, — усмехнулся темный маг и, насладившись ошарашенным выражением на лице девушки, добавил: — Под воздействием одной темномагической настойки, конечно. Он ведь не мог меня узнать, меня после той бури и родная мать не узнала, так что я просто однажды подсел к нему в баре, кое-что добавил ему в стакан, а потом просто задавал интересующие меня вопросы. И вот тогда я и выяснил, что мужественный стихмаг Верраль Дарсинссо банально струсил, не пожелав связываться с влиятельными семействами, обвиняя их отпрысков. Он рассудил, что Ани уже не вернуть, а себе он может всерьез навредить, еще и нес какой-то бред, что, мол, она бы не хотела, чтобы он угробил свою жизнь ради мести.

— А вы вообще вызвали её призрак с той стороны и заперли здесь! — выпалила девушка и сама испугалась своей смелости.

— Значит, это вы её освободили?

— Да, я. И не жалею об этом! — с вызовом ответила Инса.

— Теперь понятно, откуда вам известно мое настоящее имя, — задумчиво кивнул ан Меренья. — Что ж, признаю, я вызвал призрак Ани напрасно. Я почти сразу это понял, но всё никак не мог найти в себе силы, чтобы отпустить её.

— Так чем же вы тогда лучше Верраля Дарсинссо? — с горечью спросила девушка.

— А ничем, студентка Ларисентсен, ничем. Но я за свои ошибки расплачусь сполна уже совсем скоро. Но не раньше, чем за свои заплатят все остальные.

Нельзя сказать, что Инса совсем уж не разделяла убежденность темного мага в том, что виновные в гибели Ани должны быть наказаны, но вот масштаб задуманной им мести казался ей чрезмерным, а то, что ан Меренья охотно отвечает на её вопросы, вселяло призрачную надежду, что она сможет его переубедить, поэтому она не могла не попытаться это сделать.

— Ладно, пусть заплатят те, кто виноват, — согласно кивнула девушка. — Пусть даже их дети лишатся высокого уровня дара. Но остальные-то стихмаги первой и высшей категории за что пострадают?

— За свою спесь и за свое высокомерие! — отрезал ан Меренья и резким движением встал, явно закончив подготовку к ритуалу.

Подойдя к Ρенцу, он снова щелкнул пальцами и пояснил для Инсы:

— Заклинание я снял, но его воздействие рассеется минут через десять, так что у меня как раз будет время, чтобы покинуть радиус воздействия магии студента Дарсинссо. Ваше пальто вон в том углу, магофон в кармане, но не надейтесь, здесь связи нет. И да, не советую вам трогать мое графическое заклинание, ведь по незнанию вы можете повредить те его части, которые отвечают за то, чтобы не пострадали люди со слабым даром, и тогда гибель тех, кто не защищен «шлемами ужаса», включая ваших собственных родных, будет на вашей совести. Прощайте, студентка Ларисентсен, больше мы с вами не увидимся.