Книга Любовь оборотня, страница 82 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

Кстати, насчёт последнего. Здесь напарница тоже умудрилась сразить меня наповал. Наши знания особенностей вампиров и репутация, которую мы успели у них заслужить, дали нам работу. Много работы! И вся она на правительство Гаарды. И кто для нас так постарался? Тоже Эрин!

Что мы имеем таким образом?

Красивый, соблазнительный, да еще и заботливый? Не бывает! Не существует!

Хотя, все думали, что невидимых вампиров тоже не существует. А один теперь есть — глава клана Туманных. Правда его после того рассеивания в собственном кабинете до сих пор маги по крупинкам собирают, но ведь сумел!

За этими рассуждениями ноги сами привели меня в знакомый проулок рядом с управлением патруля, и я, удивлённо озираясь, замерла посреди улицы.

— Так и будешь стоять или зайдёшь? — послышался насмешливый голос. Повернулась и увидела Эрина. На нём были простые коричневые брюки и белая рубашка, а в руке он сжимал бумажный пакет из ближайшей булочной.

— Удивлена, что тебя интересует что-то помимо работы, — протянула я, отслеживая, как быстро застучало сердце в груди и появилось невероятное желание сказать какую-нибудь гадость.

— Ты про любовь к мучному? Скорее, это тебе, — он улыбнулся и прошёл вперёд, открывая передо мной входную дверь.

— Ты не мог знать, что я приду, — я сама не знала!

— Я же оборотень. Гулял по городу, почувствовал, что ты рядом, — с доброй усмешкой в глазах объяснил мужчина. — Так ты зайдёшь?

— Зайду, — согласилась я и, не дожидаясь повторного приглашения, проскользнула внутрь, — мне нужно кое-что проверить.

— Чай?

— Проверить говорю! — поймала себя на, несвойственном мне обычно, раздражении и осеклась. — Так, садись давай!

Выхватила у него из рук бумажный пакет и толкнула к дивану. Запах любимых с детства шоколадных эклеров, действительно, указывал на то, что лакомство готовилось для меня. Подозрительно посмотрела на Эрина, а он с улыбкой из разряда: «Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь», — на меня.

— И выражение лица смени, — добавила недовольно. Желание ляпнуть какую-нибудь гадость усилилось, но сама гадость на ум никак не шла. Оборотень выглядел прекрасно. Даже в этой простой одежде, посреди своей тёмно-синей гостиной. И смотрел он на меня по — особенному. С какой-то теплотой, нежностью, восхищением. — Слушай, а ты что тоже того?

— Чего того? — не понял он.

— Ну, влюбился?

Мужчина по-доброму рассмеялся.

— А если скажу, что влюбился? — уточнил, хитро прищурив глаза, — не сбежишь?

— Почему это я должна…?

И тут до меня дошло. Все эти «ты мне не интересна» и напускная холодность, с которой он ко мне обращался. Забота, по факту, за моей спиной. Всё правильно. Правильно для того, чтобы я не почувствовала, как дрожат коленки от одной мысли, что это не просто ради удовольствия или минутного кайфа. Я влюбилась. Мне хотелось выпить с ним чай, разделить эти эклеры. Хотелось провести ночь и встретить рассвет. Мне хотелось узнать его. Узнать до способности предугадывать действия и мысли. Почувствовать своим. Близким. Единственно важным. Страх сковал с новой силой, а внутри появился новый порыв — бежать как можно скорей!

— Помнишь, в том клубе, где мы впервые встретились, — неожиданно даже для себя спросила я, — как думаешь, зачем вампирам столько желтка?

Обычно стратегия отвлечения внимания работала на ура, но оборотень от моего вопроса ничуть не смутился.