Книга Любовь оборотня, страница 469 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

— Орк твоего эльфа раком! — с облегчением выдохнула Тара и упала обратно на подушку. Пепельные кудряшки разметались по наволочке и свесились над полом.

— Что? — противно протягивая «о», переспросила хозяйка.

— Ничего, — громко ответила Тара, — у меня нет вашего кота. Не видела со вчера.

— Пусти, я посмотрю.

— Я не одета, мадам Нора.

Со стороны двери послышалось разочарованное топтание.

— Ладно… Скажи, если встретишь. — Хозяйка с оханьем начала спускаться по деревянной лестнице.

— Хорошо. — Тара потёрла лоб увлажнившейся ладонью и пробормотала: — Мне вот еще твоего кота не хватало для полного счастья.

В ответ чёрно-белый паршивец мяукнул и вскочил на кровать. Сощурил жёлтые глазищи и с хриплым мурлыканьем начал месить грязными лапами одеяло. Тара села и потянулась к коту. Он сам боднул ладонь тяжёлой головой с порванным ухом.

— Нора тебе второе оторвёт, если узнает, что ты ко мне забираешься.

Девушка смяла котищу в охапку и чмокнула между ушами. Она просидела без сна до утра, пока не догорело платье. Тогда в комнате стало уже душновато и пришлось открыть окно. Кот, вероятно, пролез в него. Часто пролезал, иногда спал в ногах или под боком, иногда приносил мышей и лягушек для бесполезной фелиды, не умеющей охотиться. Тара ещё немного посидела со своим кормильцем, почесала мускулистую шею дворового бандита. Он одуряюще мурлыкал и потирался ухом о её плечо, выражая полное обожание.

Тара смотрела на окно, занавеска светилась от солнечного прямоугольника. Сколько времени, она не знала, но точно пора собираться. Со вздохом встала, выпустила зверя за дверь и подошла к шкафу. Последний выход.

Сегодня она выбрала скромное сиреневое платье, светлый парик и голубые глаза. Закончив с внешностью, села на покрывало и высыпала добычу из зачарованной сумочки. Три до пошлости роскошных колье с крупными камнями, жемчуг, бриллиантовые наконечники для лент, серьги, браслеты, кольца… Будто ювелирную лавку обнесла. И это она ещё магические побрякушки не трогала!

Воровка рассортировала драгоценности по комплектам в отдельные шёлковые мешочки и отодвинула. Чистые деньги, не облечённые в вид украшений, больше поднимали настроение. Пятьдесят золотых, около сотни серебрушек. Глупости, что оборотни не любят серебро, очень даже любят!

Монеты отправились в кошель, кроме одной, её Тара решила заранее отдать хозяйке. Когда полиция спохватится и найдёт чердак, никто не скажет, когда именно она сбежала. Девушка забралась ладонью в сумочку и достала кое-что ещё, последний предмет, украденный вчера. Специально оттягивала момент.

Тяжёлые золотые часы с выгравированным рисунком на крышке легли в руку, как родные. Приятные, гладкие, еще пахнущие карманом своего красивого владельца. Тонкие пальцы бережно погладили искусное изображение барса в густой траве. Щёлкнула потайная кнопка, и часы раскрылись. Вопреки ожиданиям, музыки не последовало. Зато под крышкой обнаружилась надпись, царапнувшая совесть. «Дорогому сыну в день окончания Академии. С вечной любовью, мама». Тара захлопнула часы, будто стала свидетельницей чего-то очень личного. Где-то есть дом, где Уильяма любят, им гордятся, его ценят, его всегда ждут. А она… Даже, если исчезнет, никто искать не будет. Подумав так, нервно рассмеялась. Точнее, будут, Шесс будет, уже ищет.