Книга Любовь оборотня, страница 335 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

— Карл?

— Он самый. Возле дороги, в кустах. Мертвый!

Мужчина шмыгнул носом и смачно чихнул в рукав. Потом виновато посмотрел на следователей и прогундосил:

— Сенная лихорадка, проклятущая. Как лето приходит, так хоть топись.

— Вы уверены, что ваш родственник мертв? — спросила Хелена.

— А как же! Он же лежит, не шевелится. Кровищи как из большого борова натекло. Аж на пол леса! А телеги нет. Не иначе, лихие люди его пограбили.

— Далеко от города? — нахмурился Соррен.

— За полчаса довезу.

— Тогда поехали.

Мужчина нацепил шапку и выбежал из кабинета. А Хелена тихо спросила:

— А можно с вами?

— Может не стоит? — поморщился Соррен. — Все же, если господин Андерсон не преувеличил и крови там много, то…

— Бьорн, — оборвала его девушка. — Я ведь не нежная барышня. Я следователь отдела убийств.

— Да, ты права, прости, — тот смутился и кивнул. — Поехали.

Хелена явно не из тех женщин, которым нужна гиперопека. А Соррен тем более не хотел душить ее заботой. Просто она так мило и нежно смотрелась сегодня с его букетом, что медведь немного забылся.

Попросив дежурного связаться с экспертами и организовать труповозку, следователи вышли на крыльцо. Деверь убиенного Карла ждал их внизу, у телеги, запряженной крепкой лохматой лошадью. Устроив следователей поудобнее, господин Андерсон махнул кнутом, и лошадь бодро понеслась в сторону городских окраин. Сейчас главным было найти и оценить место преступления.

Крестьянин не соврал. Через полчаса он притормозил, внимательно всматриваясь в лесную опушку у дороги, а потом аж подскочил на козлах:

— Вот там, перед вырубкой.

Телега остановилась, и оборотень мягко спрыгнул на землю, прислушиваясь.

— В тех кустах, — показал пальцем свидетель.

Мужчина кивнул, искоса взглянул на следующую за ним попятам Хелену и шагнул за пышный куст багульника. Бегло осмотрел заросшую высокой травой опушку и ровные стволы корабельных сосен. Почти сразу наткнулся на лежащее там тело и тихо хмыкнул.

«Жертва» неведомых грабителей выглядела на редкость жутко. Дородный мужчина лежал на спине, головой в кустах, рядом с обломками какой-то бочки. Все вокруг: и тело, и обломки, и трава — было залито ярко-алой жидкостью. Над ней с громким жужжанием вились мухи.

Действительно, могло показаться, что кто-то с особой жестокостью разделался с беднягой и даже не потрудился спрятать тело, торопясь увести телегу. Но чуткий нюх оборотня обмануть было сложно. Густой ягодный дух, витавший в воздухе, никак не соответствовал картине кровавой бойни.

— Что это такое? — изумленно спросила Хелена, втягивая носом странный запах.

— Это… — Соррен хмыкнул, потом присел возле тела, обмакнул палец в «кровь» и лизнул. — Брусничный сироп.

— Брусничный… сироп? — протянул господин Андерсон.

Вместо ответа оборотень толкнул «убитого» в плечо. Тот вдруг громогласно всхрапнул, пробормотал что-то неразборчивое и повернулся на бок, снова забываясь хмельным сном.

— Это что же такое… — крестьянин смял шапку и гнусаво пролепетал. — Я же не чуял… Сенная лихорадка, будь она неладна… Только зря вас отвлек…

— Что здесь случилось? — пробормотала Хелена, осматриваясь. — И где его телега?

А Соррен тронул обломки бочонка, потом поднял их, ожидаемо обнаружив на земле острый камень, и констатировал: