Книга На краю звездопада, страница 63 – Наталья Чернышева

— Я уверена, что вы как-то подготовились к отсутствию туристов, – сказала я наконец. – Не может быть, чтобы не готовились, про Лазурную сколько лет уже говорят… А вы – ведь кисмирув, – тут я запнулась, сообразив, что могу сейчас ляпнуть что-нибудь, что его обидит.

Гентбарцы-кисмирув славятся своей злопамятностью и превосходным знанием всех юридических тонкостей. Задень такого, он тебе устроит весёлую жизнь… во всех развлекалках, во всяком случае, гентбарцы-кисмирув либо злодеи, каких ещё поискать, либо неоценимые помощники, каких, опять же, попробуй ещё найди среди представителей других рас.

— Продолжайте, – усмехнулся Чинтасме, шевельнув пальцами. – Я – кисмирув, а значит, умею добывать энерго из воздуха в любых количествах. Да что из воздуха! Из вакуума. Путём генерации энергии по типу вечного двигателя.

— Нет, – пристыжено сказала я. – Я вовсе не это хотела сказать…

— Доктор Элмер просил меня провести для вас юридический минимум, – сказал гентбарец и подчеркнул: – Очень просил. Поэтому я вожусь с вами дольше, чем надо бы. Но мне нравится, что вы не сдаётесь, Десима. Ваша стойкость вызывает уважение, я бы сказал. Подсказываю: убедите меня. Докажите, что именно на этих материалах ваш проект способен реализоваться наиболее полно. Убедите, что никакие другие материалы для него не годятся, и даже могут его испортить.

Я выдохнула. Да, надежда забрезжила, но, прямо скажем, очень слабенько. Как я могу убедить природного скептика-кисмирува, который с такой лёгкостью отмахнулся от всех моих доводов. Ему же главное – чтобы подешевле. Вон у него там… канализация! Сразу в двух районных кварталах.

— Как мне вас убедить? – спросила я.

Он обернулся, сложил руки на груди и заявил:

— А я не знаю, как. Включите воображение, вы же художник, в конце-то концов. Не убедите – сами понимаете.

Да уж. Я понимала, и ещё как! Внутренний взор, раньше чётко и однозначно определявший мой проект как проявленный, теперь видел и другую вероятность. Пустые серые стены и возвращение в Алополянск несолоно хлебавши. Будет очень обидно и в чём-то даже больно. Доктор Дженкинс поверил в меня, а я... не справилась.

Решение пришло мгновенно, ослепительной вспышкой. Я даже удивилась тому, как же я не подумала раньше.

— Я что-нибудь нарисую, – заявила я. – Из тех материалов и из этих. Сами увидите разницу.

— Годится, – кивнул Чинтасме. – Только я сам присмотрю за вами. Чтобы вы чего-нибудь не напутали, в попытке… э-э… убедить.

— Что?! – в меня вломилось понимание того, в чём меня только что сходу обвинили.

В обмане. В намеренном обмане, вот в чём! Что я сделаю подлог, лишь бы настоять на своём. Вот убейте меня, как я сообразила сразу, обычно такие вещи до меня доходили спустя десять дней, когда уже обыкновенно поздно было оправдываться или кидаться встречными обвинениями. А тут – поняла сразу.

Гнев накрыл меня ледяной чёрной волной, даже в глазах потемнело, а в ушах родился противный тонкий звон.

— Я. Никогда. Не. Обманываю, – раздельно выговорила я, сжимая кулаки. – Как вам только в голову пришло!

Чинтасме поднял ладони:

— Тише, Десима, – спокойно сказал он. – Не надо так остро реагировать…

— Я не собиралась никого обманывать! – крикнула я, и что-то лопнуло за моей спиной, но я не слышала, не видела и не воспринимала.