Книга На краю звездопада, страница 160 – Наталья Чернышева

— Знаешь, что это, дорогая моя? – Костров ткнул большим пальцем себе за спину.

Там находился пост управления кораблём. Рубка, как иногда ещё говорили. Несколько пилотских ложементов, тактические экраны, а за ними – экран, транслирующий в реал-тайме изображение с внешней следящей системы корабля.

Полосы огня горели на экране – вместо привычных звёзд. Тёмные вставки обычного пространства чередовалась с пылающим пламенем пространства искорёженного, выломаного, превращённого древним оружием в непостижимую структуру, где время идёт во все стороны сразу и даже дробится на части.

Я нахожусь на корабле безумного адмирала Кострова. Корабль находится в Кишках Носорога. Вот ещё почему сбоит моё паранормальное чутьё, а не только от одного лишь ошейника.

— Ловушка, – любезно объяснил мне безумец. – Захлопнули её военные формирования на подсосе у Альфа-Геспина: все выходы перекрыты. Но нет такого замка во Вселенной, к которому не подошёл бы свой ключик. И этот ключик – ты!

Он ткнул в меня скрюченным пальцем. Я поневоле отшагнула назад и упёрлась спиной в своего конвоира. Тот равнодушно толкнул меня обратно. Ладонью между лопаток, судя по ощущениям. Хорошо ещё, что не дулом плазмогана. Впрочем, мне-то какая разница. Теперь-то.

Я по-прежнему не очень понимала, кто я и где нахожусь. Паранорма, не находя выхода, сгустилась тяжёлым облаком и словно бы пропитала сыростью моё сознание. Я не могла понять, как мне реагировать, что делать, а главное, зачем. Какой смысл разговаривать с сумасшедшим? Он не услышит, потому что слышит сейчас только себя и упивается исключительно собой же. Настал его час. Ничего не упустит.

Страшно?

Нет, с удивлением осознала я, ничуть не страшно.

Я здесь не за тем, чтобы бояться.

Зачем же тогда ещё? Этого я не знала и не умела пока понять.

— А сейчас – прямой эфир, – язвительно сообщил Костров, отдавая команду.

Экран послушно мигнул, убирая огонь небесной сферы. В рубке стало светло, ушёл полумрак, характерный для работы экранов, транслирующих внешнюю картинку.

— Ну, давай, расскажи любимой мамочке, как тебе хорошо!

Между мной и бывшим адмиралом соткалось большое голографическое зеркало. Мгновение, и на нём проявилось изображение.

Какое-то помещение… ложементы, пустые или нет, не поймёшь, рядами. Рубка управления большого флагмана, такая же, как и здесь, может, больше! Мама где-то на задании. Куда послали. Я вдруг поняла, что не знаю толком, чем именно занимается мамина группа. Что она вообще такое. Частная военная компания «Снежный ком», всё так, но официальное название мало что говорило. Все частные военные компании имели аккредитацию от Альфа-Геспина и, в общем-то, работали на него. Там, куда нельзя было послать официальную армию. А назывались эти кампании как-нибудь нейтрально, настолько нейтрально, что по названию ни за что не догадаешься, что это – военная сила. «Снежный ком», например. Или «Пианисты Розы Морозовой». Разве же это ужас?

По тому, как мама напряглась, увидев меня, я поняла, что не запись, а действительно, сеанс прямой связи. Прорва энергии. На таком расстоянии, да ещё практически изнутри пространственно-временной аномалии, на внешних её слоях, где ещё можно существовать без риска отправить себя обратным ходом времени… куда-нибудь. В детство. Или во что-нибудь похлеще. Я до сих пор не могла представить себе пространство с дробным ходом времени и внезапно поймала себя на мысли, что неплохо бы посмотреть на него.