Книга Измена дракона. Я забрала его корону, страница 39 – Диана Фурсова

— Я о подробностях, госпожа Вейрель.

— Которые он не может вспомнить?

Селмара приподняла подбородок.

— Вы на всё находите ответ.

— Мне задают вопросы о моей собственной жизни.

— Или у вас было двенадцать лет, чтобы подготовиться.

В зале наступила тишина. Я смотрела на неё. Вот оно. Не Эрвен. По крайней мере, не только Эрвен. Селмара слишком уверенно вела разговор туда, куда хотела.

— Вы обвиняете меня? Официально?

— Я задаю вопрос.

— Вы утверждаете, что я готовила заговор.

Селмара выдержала мой взгляд.

— Я допускаю это. Крылья пришли сразу после развода. А старым правом вы интересовались годами.

— По словам человека, который не помнит собственной работы, и по бумаге, которую я не подписывала.

— Ложность показаний не установлена.

— Как и их правдивость.

Эрвен поднялся.

— Достаточно.

Селмара повернулась к нему.

— Ты сам хотел узнать правду.

Вот это было важно. Не «вы». «Ты». И Эрвен не поправил.

— Я хочу факты, — сказал он.

— А я их принесла.

В зале стало совсем тихо. Я почувствовала, как всё внутри собирается в одну холодную точку. Принесла. Селмара сама сказала. Эрвен тоже понял.

— Что ты принесла? — переспросил Эрвен.

Селмара задержалась с ответом.

— Мой Дом помог найти свидетелей.

— Кто поручил?

— Я попросила.

— Ты собирала сведения о Лиарне, не сказав мне?

— Я пыталась тебя защитить!

Он медленно выдохнул. Я знала этот выдох и невольно напряглась.

— Я об этом не просил.

— У неё три части твоей Короны, Эрвен! Она сама сказала, что хочет престол!

Шёпот пронёсся по залу. Я замерла. Эту фразу слышали только двое. Я. И Эрвен. Тайрен узнал позже от меня? Нет. Я не рассказывала ему о ночном разговоре.

Селмара знать не могла. Если только Эрвен сам ей не сказал. Я посмотрела на него. Он понял мой вопрос раньше, чем я произнесла.

— Я сообщил Совету, что ты намерена заявить претензию.

— Совету?

— Главам Домов.

— Селмара глава Дома Орвейн?

Нет. Это знали все. Эрвен молчал. Селмара тоже. И мне вдруг стало ясно, что отношения между ними не закончились так чисто, как Эрвен пытался представить ночью. Возможно, коронацию отменили.

Возможно, он действительно решил вернуть меня. Но Селмара всё ещё имела доступ к нему. К его словам. К его страхам. И сейчас использовала их. Мне стало почти смешно.

Он хотел вернуть прежнюю жену, не разобравшись с будущей. Очень в его духе.

— Это не относится к подлинности свидетельств, — сказала я.

Законник воспользовался возможностью вернуть заседание под контроль.

— Верно. Совет продолжит проверку.

— Прошу внести в запись, кто начал сбор сведений: госпожа Орвейн и её Дом.

Селмара резко повернулась.

— Это ничего не доказывает.

— Я не делаю выводов. Только прошу сохранить имя.

Она поняла намёк. В зале тоже помнили, что из записей уже пытались убрать моё.

К вечеру правда никого уже не интересовала. Это было самое неприятное открытие дня. Совет не признал документы подлинными. Но и ложными не признал. Алмера не задержали, потому что его показания требовали проверки. Вердена тоже.

Селмару никто не обвинял в подделке, потому что прямых доказательств её участия не существовало. Формально я выиграла. Практически — проиграла. Двору не требовался приговор. Ему требовалась удобная история. И история о бывшей жене, которая двенадцать лет тайно готовилась отобрать корону у мужа, оказалась гораздо интереснее скучной правды о прошениях, каналах и соглашениях.