Книга Однажды я стала женой проклятого герцога, страница 16 – Вероника Десмонд

Дорогие леди, похоже вам стоит найти самое красивое платье и как следует подготовиться к Зимнему Балу, который состоится уже через несколько месяцев в величественном замке Арундел.

Значит ли это, что уже в декабре мы познакомимся с нашей принцессой?

Сердце ухнуло в пятки. Я пулей выбралась из ванны и закуталась в халат, оставляя на полу лужи пены.

В декабре? Но почему так быстро? В романе кронпринц познакомится с Патрисией только следующей зимой! Этого времени мне должно было хватить, чтобы заключить контракт с герцогом.

По сравнению с одним годом несколько месяцев кажутся ничтожно малым временем…

Пока я сидела за завтраком, заботливо оставленным мне Энни, и без аппетита поглощала омлет, вопросы роем копошились у меня в голове.

Почему история идет так быстро? Что изменилось? Значит ли это, что моя смерть предрешена, и я ничего не могу изменить?

Махнула головой, отгоняя депрессивные мысли. Служанки смотрели на меня с подозрением.

— Госпожа Ария, — участливо спросила Анита, присаживаясь рядом со мной на софу. — С вами все в порядке? Вы выглядите встревоженной.

Я перевела растерянный взгляд на девушку и, подумав, взяла ее за руку.

— Анита, сегодня ты будешь сопровождать меня на женском собрании, — наверно мои глаза безумно горели, — не отходи от меня ни на шаг! И никого не слушайся кроме меня.

— Госпожа Ария… — не на шутку заволновалась горничная. — Вы меня пугаете. Что происходит?

— Пожалуйста, не задавай лишних вопросов, — я вскочила. — У нас осталось не так много времени. Анита, сколько часов будет занимать дорога до Эйтери и обратно?

— Больше двух часов, госпожа, — ответила она. — Если передвигаться на карете.

— Ты умеешь ездить на лошади?

Анита отрицательно махнула головой.

— Я умею, — объявила рыжеволосая Энни, сидящая неподалеку. — Что нужно сделать, госпожа?

Я заглянула в окно. Небо снаружи стало светлее: пробивавшийся в комнату луч света хорошо позволял разглядеть листы исписанной мной бумаги, книги и пролитые чернила.

Это был один из козырей в моем рукаве, который я планировала использовать позже. Но кажется, у меня больше нет позже. Осталось лишь сейчас.

— Значит так…

* * *

Я была уверена, что Энни сможет возвратиться к началу женского собрания, все утро я прослонялась по гостиной, чувствуя радостное предвкушение предстоящей свободы. Однако Энни не вернулась к девяти часам утра. К девяти тридцати тоже. Собрание начиналось в десять, и чем ближе стрелка часов была к этому времени, тем больше я испытывала тревогу и разочарование.

Опаздывать было нельзя. Я назло выбрала то светло-голубое платье, которое забраковала матушка, попросила Аниту убрать волосы в косу и отправилась прямиком в серпентарий со змеями.

В Западной Оранжерее сегодня было прохладно и как-то зловеще. И даже красота изысканных белых гортензий не повлияла на мое скверное настроение. Когда я показалась на дорожке, ведущей к столикам и беседкам, по которым уже рассаживались другие леди, все затихло.

Безмолвие сада казалось мне гудящим от непроизносимых упреков в мою сторону. Кто-то сразу отворачивался при виде меня, а кто-то провожал брезгливым взглядом.

Стараясь не замечать всеобщей ненависти, я заметила матушку в белой беседке, в которой мы сидели в прошлый раз, и двинулась прямиком к ней, однако белокурое создание преградило мне путь: