Книга Путь к свободе, страница 10 – Кэтрин Болфинч

Именно в этот самый момент было ощущение, что я так близка к себе настоящей, к той себе, которую искала и создавала годами, бережно складывая все воспоминания где-то под замком в самом сердце. Мне нравилось ощущать счастливую грусть, преследующую меня в путешествиях. Она тепло разливалась внутри, согревая саму душу. И сейчас я была благодарна жизни за то, что могла видеть все это, исполнять свои мечты. Во мне росла уверенность, что это всего лишь начало.

Увидеть океан было моей давней мечтой. Стать свободной, хотя бы на пару недель, подобно хиппи из американских фильмов, отпустить все мысли и тревоги, которые ожидали меня в обыденной жизни. Чтобы мои выцветшие на ярком солнце волосы, спутывались и становились жесткими от соленой воды, ветер мягко трепал их, пока я прогуливалась по пляжу в поиске новых знакомых или внутреннего умиротворения. Любой исход был бы для меня идеальным. Я бы познала истинную свободу и, возможно, больше никогда не захотела бы возвращаться в привычную жизнь.

И тем летом мне выпал такой шанс. Говоря, что это было лучшее лето в моей жизни, я ни капли не преувеличиваю и не лгу. До сих пор помню свой восторг, который сжал легкие до такой степени, что слезы застыли в глазах. В тот момент было сложно сказать слезы это от счастья или от того, что я не могла вдохнуть. Но это было совершенно не важно, ведь уже с первой секунды меня наполняли беззаботность, какая-то необъяснимая легкость внутри.

В один из этих летних дней на вечернем закатном солнце, прогуливаясь по пляжу, где мягкие волны такого величественного и пугающего темно-синего простора накатывали на песчаный берег, смывая мои следы, я встретила мужчину. Это было обычно знакомство, которое закончилось также быстро, как началось. Пшеничные волосы завивались у лба, а когда он улыбался вокруг глаз закладывались морщинки, придавая мужчине загадочный вид. Он был одет в классический костюм тройку в белую полоску и туфли. Его звали Патрик, и прибыл он в это прекрасное место по работе – именно поэтому его внешний вид так сильно отличался от остальных гостей и жителей калифорнийского побережья.

Теперь я стала чаще говорить с людьми. Всегда интересно узнать чью-то историю, ведь я ими живу. Можно сказать, что я – человек история. И осознание, что у каждого человека свой собственный, уникальный, не сравнимый ни с чем опыт, удивляло меня каждый раз. Сколько всего можно узнать о мире, если просто спросить? Конечно, мы разговорились.

А когда через несколько дней я снова встретила Патрика, сидящего на берегу в лучах летнего солнца, опустилась на песок рядом, попросив показать фокус с монеткой, как он делал не раз с местными маленькими хулиганами.

Мужчина загадочно улыбнулся, достал из кармана жилетки монетку, незамысловато прокрутил рукой в воздухе, хлопнул руками, показывая мне ладони с двух сторон, чтобы продемонстрировать, что там ничего нет.

Я удовлетворенно кивнула, улыбнувшись и уже была готова задать вопрос о местонахождении предмета фокуса, как Патрик протянул руку ко мне, заправил прядь моих выбившихся волос за ухо и достал монетку, показывая ее мне. Звонко рассмеявшись, я пыталась уговорить его научить меня этому фокусу, на что он произнес что-то вроде «фокусник не раскрывает своих тайн», вернул мне улыбку и поднявшись ушел.