Книга Грехи любви: в паутине соблазна, страница 79 – Кэтрин Болфинч

Произошло именно то, чего я так боялась.

— У тебя было не так уж много поручений, — угрожающе тихо произнесла я. — И следить за обстановкой — одно из них. Какого хрена, Лоренцо? — мой взгляд уперся в его карие, почти такие же, как у Алессио, глаза. Иногда мне хотелось его убить. Останавливало только то, что Алессио бы вряд ли смог простить мне убийство его брата.

— Да, дьяволица, я сражен, — нарочито спокойно отозвался он, потирая покрасневшую щеку. — Они хотели ослабить нас, не получилось. И у них ничего не вышло благодаря мне, Анита, — тихо добавил Лоренцо, кивнув в сторону машины. — Вовремя заметил ублюдков, из наших никто не пострадал. Так что хорошо, что хотя бы ты вернулась. Их нужно поставить на место, пока не поздно.

Я ничего не ответила, молча обошла его и направилась к машине неподалеку.

Лоренцо легко обогнал меня, открыл дверь автомобиля и, дождавшись пока я устроюсь на пассажирском сиденье, захлопнул ее. Он был без водителя и охраны, и я надеялась, что о моем появлении в Палермо узнают еще не скоро. Мне требовался хотя бы один день.

— Куда сейчас, босс? — ехидно поинтересовался Лоренцо, заводя машину. Мой усталый взгляд скользнул по его лицу и затем уперся в пальцы, сжимающие руль. — В нашем подвале есть особый гость, что скажешь? — он повернулся ко мне, сверкнув белозубой улыбкой. Неожиданно, но это и меня заставило улыбнуться.

— Я всегда рада гостям, — хрипло отозвалась я. — Где сейчас Адам Санчес?

— В доме Скальфаро.

— Сообщите мне, как только он останется один.

* * *

Дома ничего не изменилось: все те же белые стены, панорамные окна и легкий аромат моря, которое виднелось с террасы в гостинной. Я не зашла даже в свою спальню, сразу направилась к лестнице в подвал. Лоренцо немой тенью следовал за моей спиной, только в коридоре бросил мою сумку на пол и открыл для меня дверь.

Здесь всегда было тихо: ни тиканья настенных часов, ни музыки, ни гуляющего сквозь окна ветра. И эта тишина не сводила с ума, она умиротворяла. Только изредка ее разрывали крики ублюдков, которых мы приводили на допросы.

С каждой ступенькой, уходящей вниз, становилось темнее, а едва слышимые стоны — громче. Вопреки воле на моих губах расцвела улыбка. Мне этого не хватало — чувства власти над чужой жизнью, и сейчас я планировала насладиться этим сполна.

Я толкнула легкую дверь и вошла в небольшую комнатку, посередине которой стоял стул. Побитый парень поднял голову, прищурился, оглядывая меня с головы до ног. Его лицо изуродовала кровавая усмешка, когда он узнал меня.

— Сама синьорита Моретти пришла меня навестить, какая честь, — проговорил он, с хрипом выдыхая каждое слово. Я подавила в себе желание поморщиться и вместо ответа потянулась за перчатками — не хотелось испортить маникюр.

Лоренцо замер у стены, сложил руки на груди и наблюдал за моими действиями. Он знал, что Энзо всегда был против того, чтобы пускать меня в эту часть нашей жизни. До тех пор, пока я не убила одного ублюдка, который нас шантажировал. С того момента я варилась в нашем грешном котле.

— Расскажешь, чей был приказ? — я повернулась к ублюдку.

— Мне от моего босса, а моему боссу от его босса, — он издевательски усмехнулся, и тут же об этом пожалел. Я махнула рукой Лоренцо, и в следующее мгновение его кулак впечатался в лицо пленника. Послышался противный хруст, из носа ублюдка хлынула кровь.