Книга Буду любить вас, страница 22 – Виолетта Иванова

Этот вечер дал ему сил, чтобы завтра начать заниматься тем, чем так не хотелось. Сегодня утром был тяжелый разговор с Мюллером, который сообщил, что он больше не может тащить на себе компанию, слишком часто стало прихватывать сердце. Возраст у него был почтенный, перевалил на восьмой десяток. «Руслан Евгеньевич, пора уже Вам вступать в должность, — сказал ему Генрих Федорович. — Чую, что наступают новые тяжелые времена, и надо, чтобы Вы были к ним готовы. Поверьте, моя чуйка еще ни разу не обманывала. Если бы Ваш отец в свое время послушал меня, возможно сейчас он бы сидел в кресле директора. Я хочу отойти от дел, хоть немного пожить для себя. Я могу только порекомендовать Вам отличного юриста, который заменит меня рядом с Вами. Он надежный, ответственный и по сравнению со мной молодой, ему только тридцать девять. Ему сможете доверять, как мне, он первоклассный юрист, другого такого не найдете. А меня прошу простить, не хочу умереть от сердечного приступа в рабочем кресле, пусть оно и мягкое, удобное. Прошу, завтра придите в наш главный офис, мы будем Вас очень ждать».

Руслан даже не заметил, как втянулся во все это. В первый же день Генрих Федорович вывалил на него все проблемы компании, которых слишком много появилось в последнее время. Представленный им новый юрист Вадим Ильич Резников понравился Руслану. Как и говорил Мюллер — грамотный, ответственный, спокойный. Он с ходу понял все стоящие перед ним задачи, подсказал несколько путей их решения. Руслан убедил Генриха Федоровича остаться еще на какое-то время, пока он окончательно не «вольется».

Подобранные старым Мюллером люди на руководящие посты работали на совесть. «Вы можете им доверять, — сказал ему Генрих Федорович. — Но, думаю, что после моего ухода Вам следует присматриваться к ним. Что-то в последнее время возникает много ненужных неприятных моментов, в которых фигурируют имена некоторых Ваших замов».

И Руслан вникал, знакомился с людьми. Он видел, как смотрят на него — молодого выскочку с неформальным внешним видом. Ему пришлось сменить свою футболку и джинсы на костюм и рубашку, кроссовки заменить туфлями. Но по-прежнему он оставался верным своему любимому черному цвету, отказался от галстуков. И не сменил свою прическу, только перестал подводить черным глаза. Длинная челка спасала его, помогала незаметно следить за тем или иным руководителем подразделений на совещаниях, подмечать их поведение, реакции на его слова, действия. На него смотрели с опаской, кто-то с подозрением. Зато почти все дамы преобразились. Не были ни дня, чтобы кто-нибудь из местных красоток не попытался набиться ему в «подруги». Рус смотрел на все их попытки и улыбался. Между ним и всеми новыми охотницами за его телом и деньгами стояла Людмила. Да, он был вежлив с женщинами, мог улыбнуться им своей фирменной улыбкой, от которых у них замирало сердце и краснели щеки, но его сердце было холодно, в душе не дергалась ни одна струнка.

С учебой ему помог Вадим Ильич, который предложил сдать все экзамены экстерном и защитить диплом. К новому году диплом был написан и в первые же дни января Рус получил свой диплом. Теперь от управления компанией его ничего не отвлекало. Огорчало только одно — теперь он не мог свободно встречаться в универе с Людмилой. Вырвать из плотного рабочего графика хотя бы час, чтобы увидеться с ней, получить новый живительный глоток, вновь смотреть в ее глаза, в которых видел заботу и понимание, было очень трудно.