Книга Банан - это всего лишь банан, страница 50 – Злата Тур

И Вика полностью отдалась своему желанию. Вобрав член в рот почти целиком, она расслабила горло и сомкнула губы у основания, вызвав еще один хриплый выдох, равносильный поощрению.

Несколько раз толкнувшись в горячий, страстный рот, Глеб все — таки вспомнил, что игра идет всегда по его правилам.

Отстранившись, он потянулся рукой к тюбику со смазкой и жестом приказал развернуться.

Он испытывал непонятные чувства. Его заводила эта покорность и бесила одновременно. Как цирковая собачка, повинующаяся щелчку пальцем, Вика выполняла его команды. И сейчас с сожалением выпустив изо рта желанную игрушку, с полувзгляда поняв его, опустилась на четвереньки и выгнула спину, предоставив взору оттопыренную попку.

Бывая в деревне у бабушки, он видел, как задирают до судорог зад, отставляют хвост дворовые кошки в период зова. Почему в голову пришло дурацкое сравнение и совсем не вовремя, Глеб не знал. Но эти картины напрочь отбили желание осуществить задуманное. Выматерившись в адрес своей неадекватно работающей памяти, он позвал Вику.

— Продолжи, — попросил он, пока его детородный орган совсем не потерял интерес к происходящему. Чувствуя себя распоследним динамщиком, кляня не к месту помянутых кошек, он понял, что сегодня что-то пошло не так.

— Так ты меня только пугал грязным сексом? Теперь переходим на ванильный, с нежными поцелуями и объятиями? Или? Мой мармеладный, я не права? — Вика последнюю фразу из песни Кати Лель пропела, дерзко глядя в глаза своего укротителя, будто сомневаясь в его статусе.

Но Глеб был не из тех, кого нужно долго просить. Стащив с себя брюки, он рывком поднялся навстречу напросившейся на грубость подруге. Ухватив за волосы на затылке, он развернул ее спиной к себе и толкнул к дивану. Теряя равновесие она уперлась в него руками, выставив попку. Звонкий шлепок, оставивший красный след на молочно-белой коже вызвал судорожный вдох и еще более соблазнительный прогиб в пояснице. Еще один и еще, и женщина уже стонала от возбуждения.

— Будет тебе грязный секс! — рявкнул Глеб и схватил тюбик с лубрикантом. Вика разбудила заснувшего было «властелина», которому важно было его положение. Добровольно подставленная попка — это высшая степень доверия мужчине. Безмолвное «Делай со мной все, что хочешь. Я твоя». Доверия или развращенности?!

«Да какая на хрен разница! Бери, что дают!» Выдавив смазку, размазал ее по контуру тугого колечка, снаружи и внутри, вызвав у партнерши короткий сладкий стон. Безусловно, любого мужчину это заводит. Заводило и его до недавнего времени.

Сейчас эталон доверия — это растерянный, беспомощный взгляд Лины. Ее ладошки, трогательно прижатые к его мокрой груди. Чувствуя, что снова готов саботировать процесс, он призвал на помощь самое болезненное воспоминание, которое всегда ставило все на своиместа. Ангельское личико Ренаты и ее хлесткие, как обжигающие удары плети, слова: «Ты же умный мужчина, и должен понимать, что я молодая и красивая девушка. И хоронить себя рядом с тобой не могу».

Проведя рукой по промежности, поласкав нежные складочки, он точным, уверенным движением вошел горячую тесноту. Замер, давая привыкнуть и себе и ей. И почувствовав, как нетерпеливо заерзала, насаживаясь на его член, Вика, отпустил тормоза. Сжимая до синяков упругие ягодицы, он двигался все резче и резче. Каждый рывок выбивал из него хриплый рык, пока яркой вспышкой не наступила разрядка. Оставаясь в ней, рукой довел до оргазма женщину и лишь тогда вышел.