Книга Черный лебедь, страница 134 – Злата Тур

Мария Тимофеевна пребывала в своем привычном минорном настроении. Однако появление дочери с незнакомым мужчиной заставило вылезти ее из своей раковины меланхолии.

Штольцев подошел к женщине, и галантно приложившись к руке, представился:

— Штольцев Глеб Платонович. Муж вашей дочери и счастливый отец будущего ребенка.

Теща изумленно посмотрела на него, затем перевела вопросительный взгляд на Анну, которая с любовью смотрела на Глеба.

— Аня! Ты беременна?! Ты замужем? — очевидно для ее расшатанной психики эти новости, хоть и радостные, оказались очень будоражащими. Она растерянно огляделась.

— Мне нужно успокоительное. Позовите сестру.

— Мама, тебе ничего не нужно. Ты не сумасшедшая, — обняв мать, проговорила Анна. И усадив на кровать, рассказала ей все. Однако долгие годы ненужного лечения сделали свое дело — и теперь она просто не могла понять, в чем ее пытается убедить дочь. Она плакала, просила оставить ее в покое. Уже медперсонал хотел вмешаться, однако широкая грудь Глеба и его суровый вид убедили в нецелесообразности подобных действий.

— Нет! — испугано вскрикнула Мария. — Что это?

— Мам, эти перья мы нашли у Эммы, — Анна решилась на отчаянный поступок и показала матери перья. — Тебя убедили, что ничего нет. Но вот доказательства! Они есть, эти перья! Ничего тебе не привиделось!!!

— Что? — тихо переспросила она.

— Ты не сумасшедшая! — повторила Анна, и ещё раз, как маленькому ребёнку, рассказала всё, что рассказывала уже пять минут назад.

Её мать крутила в руках перо, а по щекам её текли слёзы. Сколько раз за эти годы она хотела вернуться домой, в семью!? Даже когда уже не стало Виктора, Мария к дочери. Но всякий раз воспоминания…. Они, как бушующая волна, накрывали с головой страхом и топили в панике, "а что если….? Что если опять начнётся? Как она сможет?… И сможет ли?… Не навредить?.Уж лучше здесь! Подальше от…. дома, от…. Анны, и Виктора!"

— За что она так со мной? С нами? — измученная тоскливым одиночеством, изоляцией, женщина не могла прийти в себя. Подруга, которую она приютила, когда той было тяжело, разрушила ее семью.

— Мамочка! Уже все хорошо! Ты поедешь с нами, будешь нянчить Платона Глебовича, если захочешь, будешь помогать мне со школой — я открыла ее! — с гордостью сказала Анна.

Мария Тимофеевна растерянно переводила взгляд с зятя на дочь, на Антона, на незнакомую яркую девушку, к которой сразу же почувствовала симпатию.

Тогда Варвара тоже представилась и попросила друзей пойти погулять и снять номера в отеле (в Милан возвращаться решено было через два дня), чтобы иметь возможность спокойно поговорить с синьорой Градовой.

*****

— Эмма, приготовь нам кофе и распорядись насчет багажа, — услышала экономка знакомый голос, который ненавидела до зубовного скрежета и надеялась больше никогда в жизни не слышать, но Судьба повернулась не тем боком. Шипя от злости, она спустилась вниз. И остолбенела.

Ненавистная подруга стояла посреди холла и хозяйским взглядом осматривала все вокруг. У Эммы едва не подкосились ноги — Мария была точно королева — мать. Долгие годы психушки не стерли ее красоту. Горделивая осанка и стройная фигура ни капли не изменились с тех пор, как они с Казимиром ее сделали душевно больной.

Зависть змеей обвила низкую душонку Эммы и готова была сделать смертельный укус. Ей мучительно было видеть, что Мария была одета с иголочки, волосы уложены в красивую прическу, легкий макияж подчеркивал ее неугасшую красоту.