Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 28 – Лия Джей

Когда парней наконец растаскивают и волнение стихает, я подхожу к Воронцову. Опираюсь коленкой о диван, наклоняясь ближе, и осматриваю пострадавшее лицо моего «парня». На левой скуле ссадина, нижняя губа слегка припухла. Беру Пашу за подбородок, чтобы повернуть голову и оценить ущерб на другой стороне лица.

Но замираю, поймав его взгляд. Карие глаза гипнотизируют меня. По векам и скулам скользят отблески неоновой ленты. Красный, синий. Горячо, холодно. Меня будто бьет озноб. По телу пробегают мурашки. Я невольно подаюсь вперед. Только чтобы получше рассмотреть, что такое чарующее, обворожительное клубится под его густыми ресницами. Рассмотреть и больше никогда не поддаваться этому нечто.

Сжимаю пальцы, и Воронцов послушно поворачивает голову влево. На другой скуле тоже виднеется след от удара. Крови нет, но синяк наверняка скоро расцветет.

Надо было, чтобы этот рыжий его посильнее отмутузил. Может, в следующий раз не стал бы донкихотствовать.

— Ты зачем в драку полез? Думаешь, я сама от него отделаться бы не смогла? — Я перекладываю руку Паше на плечо и язвительно шепчу на ухо: — Уж поверь, опыт общения с подобными нежеланными поклонниками у меня имеется.

— Могла бы и спасибо сказать.

Паша обхватывает меня за талию и сажает рядом с собой. Я плюхаюсь на диван и скидываю злосчастные туфли. Теперь болью пульсирует не только коленка, но и пятки. Паша берет с журнального столика завернутый в тряпку лед и прижимает его к скуле. Благо, Мишка не все запасы пустил на коктейли.

— Ой, спасибо! Век твоей милости не забуду! А остальные — твоего фееричного представления. Теперь все считают нас парой!

— А разве ты против?

Пашка поигрывает бровями. И тут же кривится от того, как натягивается ушибленная кожа.

— Да нет, что ты? — Я всплескиваю руками. — Это ведь вовсе не выходит за рамки нашего договора!

Но высказать все свое недовольство Воронцову я не успеваю. К нам подходит Миша с новой порцией льда.

— Ты как? — кивает он другу.

— В норме, — Паша чуть дергается, прислоняя к ссадине свежий сверток.

— А ты, Марго? Тебе-то хоть не досталось? — участливо интересуется Мишка. Он даже очки приподнимает и честно пытается сфокусировать на мне пьяный взгляд.

— Мне нет. А вот платье пострадало, — Я показываю пятно от пролитого напитка. Розовая ткань потемнела от выреза до самой талии.

— У-у, мокренькая девочка! — Миша бросает мне кривую улыбку, а затем закашливается под испепеляющим взглядом друга. — Ща, подожди секунду.

Через некоторое время Миша возвращается в зал и протягивает мне джинсы и футболку. Наверное, из маминого шоурума стащил. Надо быть поаккуратнее, а то потом за долги получу где-нибудь в подворотне. Благодарю парня с хвостиком и обещаю все вернуть через своего «бойфренда». Миша показывает мне, где ванна, и я направляюсь туда. Воронцов следует за мной.

— Давай помогу.

— Что? Переодеться или застирать платье? — Я оглядываюсь и скептически усмехаюсь. — В любом случае я справлюсь сама, спасибо.

— Я помогу.

Прежде чем я успеваю повторно возмутиться, Паша заходит за мной в ванную. Ладно, постоит у стеночки. Выданные мне вещи я кладу на тумбу, уставленную баночками Zielinski Rosen. Никакого нормального моющего средства там не нахожу. Цокаю языком. Что ж, придется так отстирывать. Наклоняюсь к раковине и принимаюсь отмывать пятно. Через зеркало вижу, что Паша действительно стоит у стены, сложив руки на груди. Хорош помощник! Полощу в воде платье, продолжая украдкой посматривать на Воронцова. С костяшек он кровь стер — после драки Диана тут же притащила ему с кухни пачку салфеток — а вот на шее не заметил. Красно-бурая полоса тянется вдоль воротника поло и пропадает за ухом, теряясь во взъерошенных кудрях.