Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 2 – Лия Джей

— Рококо, — на автомате исправляю я.

Мы говорили о нем на парах по зарубежной литературе неделю назад. Он был особенно популярен в Англии в XVIII веке. Приверженцы рококо считали естественным стремление человека к наслаждениям разного рода, будь то поэзия, танцы, вино или любовь. Эти «фривольные» взгляды вполне подходят нашему клубу, поэтому хореограф и решил поставить нам шоу в стиле рококо.

Но Пине я даже не пытаюсь это объяснить. Вряд ли она, со своими с трудом законченными восемью классами, сможет меня понять. «Коко», так «коко». Значит, будет главной курицей в курятнике.

— Чего вылупилась, дорогуша? — Пина щурится. Из-за длинных ресниц я практически не вижу ее радужку, но помню, что она всегда ходит в сиреневых линзах. От этого ее взгляд кажется кукольным и ненастоящим.

— Думаю, за что ты так меня ненавидишь.

Я удивляюсь своей искренности.

По лицу Пины проскальзывает тень изумления, но уже в следующий миг она сменяется улыбкой. Кислой, как неудачно купленный на Новый год ананас. Пина наклоняется ближе, и мне становятся видны следы тонального крема на пирсинге у нее в носу.

— За то, что ты слабое звено.

Она сверлит меня холодным стеклянным взглядом несколько долгих секунд, а затем резко выпрямляется и отходит в другой конец гримерки. Я выдыхаю и машу перед собой рукой, прогоняя мерзкий запах ее духов. Они с феромонами, если верить словам Пины, но привлекать новых клиентов не особо помогают. В тот вечер, когда она первый раз ими набрызгалась, даже один из ее постоянников перешел за мой столик.

Удивительно, как он от такой вони вообще из клуба не сбежал.

— Ошибаешься, Пина, — усмехаюсь я ей вслед. — Хореограф так не считает. Да и гости тоже.

Но эта «фифа с золотым налетом» меня уже не слышит. Она собирает вокруг себя девочек, и принимается распределять между ними столики, возле которых они будут сегодня танцевать.

У нас в клубе два этажа. На первом расположен бар, танцпол и семь столов. Перед каждым из них установлено по тумбе с пилоном. Тут мы танцуем для разогрева, приоткрывая завесу в мир эротики и страсти. На втором этаже проходит основная часть шоу. Круглая сцена, окруженная черными кожаными диванами, — сердце нашей преисподней. Там же, на втором этаже, по периметру зала расположены приватные комнаты. Что творится в них, ни богу, ни черту, ни даже нашему руководству в полной мере неизвестно. В вип-комнатах нет камер, единственный способ связи с внешним миром — кнопка вызова охраны, спрятанная в тумбочке на входе. Тот, кто выбрал для нее это место, явно никогда не боялся быть изнасилованным.

А вот у меня после всех рассказов коллег такой страх имеется, поэтому в приваты я не хожу. Да и к тому же клиенты туда, как правило, не поболтать зовут. Только если голой. А это уже не по моей части.

Снимаю с вешалки маску и кладу ее на трюмо. Резинка слабенькая, того и гляди оборвется. Маска пластиковая, должна быть легкой, но украшений на ней больше, чем ткани во всем моем костюме. Прорези для глаз по кругу обклеены крупными стразами. По краям маски пушатся кружева и синтетические перья. Зря я исправила Пину — похоже, у нас и впрямь стиль «коко».

Мы с коллегами всегда выступаем в масках — благо, не таких уродских, как сегодняшняя — и представляемся гостям исключительно под псевдонимами. Мера предосторожности. Все наши имена — названия алкогольных напитков: Пина Колада, Сангрия, Лонг Айленд. Забавная фишка нашего клуба — «Мама, я absent»* или, как многие его называют, просто «Абсент». Сюда приходят, чтобы потеряться в фантазиях с пьянящими девочками.