Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 14 – Лия Джей

— Марго, — исправляется Паша. В карих глазах вспыхивают искорки, которые, уверена, ни к чему хорошему не приведут. Вот так, мне кажется, и смотрел Парис на пятку Ахиллеса.

Вика переводит внимательный взгляд с меня, на Пашу и обратно. Затем складывает руки на груди, и я понимаю: где-то я прокололась.

— Да что здесь происходит? Вы что, спите вместе⁈

— Нет! — отвечаем мы с Воронцовым в один голос.

— Точно спите.

С видом, будто ей теперь весь мир понятен, Вика лезет в сумочку, достает оттуда жвачку и принимается вальяжно ею чавкать.

— Божечки, нет, тут просто возник один вопрос…

Я размахиваю руками, пытаясь вытащить из воздуха оправдание. Заодно незаметно тыкаю Пашу в бок. Давай, Воронцов, подыграй мне! Ты же не хочешь, чтобы весь вуз думал, что я твоя девушка? Ведь если так будет считать Вика, это скоро станет общеизвестным фактом. И что скажет на это твоя настоящая девушка?

— Вопрос с…

— С теорией коммуникации. У Марго. Она все не может разобраться с последней темой.

Воронцов опускает взгляд на экран телефона. Хочет спрятать глаза, чтобы ложь прозвучала правдоподобнее? Фух, не все еще потеряно!

— Там было что-то про двойников, кажется, или двойственность, точно не помню.

Конечно, не помнит. На этой потоковой лекции он мирно посапывал на последней парте.

— Двойственность природы языка по Якобсону, — я закатываю глаза.

— Да, она самая, — Паша щелкает пальцами, отрываясь от телефона. — Как ты и просила, объясню тебе ее завтра. А ты поможешь мне. Идет?

Я оторопело смотрю на Пашу. Я его просила, значит? Я, победительница регионального этапа Всероссийской олимпиады по русскому языку в 11 классе и двукратный призер заключительного этапа в 10 и 11 классах, студентка, закрывшая все предметы 1 курса на отлично, просила помочь с какой-то теорией коммуникации? Какая наглость!

И еще я взамен что-то должна сделать. Ультиматумы мне тут ставит! Что он от меня хочет, интересно? Ему ведь явно не фонетика нужна. Не понимаю. Только догадываюсь…

Но мне в любом случае придется заключить с Воронцовым сделку. Под угрозой моя идеальная, кристаллически чистая репутация в вузе. Что бы он ни задумал, это все же лучше раскрытия моего секрета.

— Ладно.

Поджимаю губы и добавляю, чтобы Вика ничего не заподозрила:

— Я поговорю с Нелли Олеговной по поводу твоего зачета.

— Отлично!

Паша довольно улыбается. Затем протягивает мне телефон с открытой вкладкой Telegram.

— Дай свой номер. Спишемся потом. Скажешь, что Нелли Олеговна ответила.

А номер мой ему зачем? Будет звонить в 3 часа ночи и дышать в трубку? Или просто отправлять мне сообщения с угрозами? «Если сейчас же не сделаешь за меня домашку по языкознанию, расскажу всем про клуб!» Так, что ли?

Я бы сделала, кстати. Сию же секунду.

Номер я все-таки оставляю. Попутно замечаю, что у Воронцова последняя модель айфона. А папа мне еще говорил, что на филологии в педагогическом обеспеченных парней не будет. Как и любых нормальных.

— Завтра на перерыве встречаемся в кафе на первом этаже. Прочитаю тебе лекцию.

Паша подмигивает мне и направляется к лестнице.

Рано ты в преподы, Воронцов, записался. Такими темпами ты и вуз не окончишь — отчислят.

Стоп! А почему это он идет вниз? К выходу⁈ У нас еще одна пара по спецфилологии!

Точно отчислят.