Книга Влюбись в меня, Воробышек!, страница 107 – Янина Логвин

Возле меня вдруг что-то тарахтит, и из-за угла показывается самый младший Воронов по прозвищу Ёжик, с размотанным скотчем, прилипшим к его штанам, и самокатом в руке. Он подходит к старику и оглядывается, смотрит на меня, ну точно его отец.

— Вообще-то, деда, жених! Только он кольцо еще не купил, потому что Степка сказал, что он жлоб, я все слышал. Деда? – тут же забыв обо мне, отворачивается и показывает старику самокат. – Ты можешь мне починить колесо, а то оно совсем не едет!

Видимо, вид у меня совершенно растерянный, потому что моей руки вдруг касаются пальцы Ромашки и обхватывают мою ладонь. Я поворачиваю голову и вижу серо-зеленые – и как я раньше не замечал эту зелень? – глаза. Они смотрят на меня, и важность всего остального исчезает.

— Значит, ты все-таки приехал?

— Ну, хм, да. Твой отец позвонил и сказал, что не против моего предложения.

— Даня…

— Рита, я не передумаю.

Рита

Мы стоим в прихожей, в которой находится вся моя семья, присутствующая в этой квартире, и с любопытством за нами следят, поэтому говорить сейчас о личном – не самый лучший момент. Придется разговор отложить. Только вот что сказать Воробышку, если папа взял с меня слово до их с мамой возвращения не сознаваться в моем признании никому – не знаю.

Верила ли я, что Данил приедет, когда папа ему позвонил? Скорее да, чем нет. Я успела догадаться, что он привык отвечать на вызовы, и не только в спорте. Скорее, я не могла поверить, что Даня решился пошутить о нашем совместном проживании с родителями. Да, он был уверен, что мой папа не согласится, но теперь-то что делать?

В любом случае сейчас он мой гость, и я показываю парню на шкаф:

— Справишься?

— Конечно.

А сама поворачиваюсь к дедушке.

— Давай помогу! – принимаю у него пальто и кепку, и прячу одежду в шкаф. Предлагаю: – Ботинки помочь снять?

Дедушка не очень здоров, иногда сердце подводит и, если бы мы были одни, я бы его даже спрашивать не стала. Но Матвей Иванович у нас с характером, в придачу к давлению, и, конечно же, фыркает, стараясь казаться бодрым:

— Вот еще, Рита, не выдумывай! И не стыди меня перед своим молодым человеком. Я еще на вашей свадьбе плясать собираюсь, так что мне наклоны полезны!

Но умница Соня уже ставит дедушке пуф, он садится, а я поджимаю губы. Мне не известно, что именно рассказал ему папа, попросив побыть с нами три дня, но вряд ли о том, что его внучка – фиктивная невеста. Дедушке вредно волноваться. Так что я даже рада, когда Соня отвлекает внимание родственника своим щебетом:

— Как здорово, что ты приехал, деда! Я покажу тебе свой новую комикс, который рисую! Я назвала его – «Матрица обезьян». Понимаешь, там обезьяны в специальных зеркалах видят себя людьми, начинают говорить и думают, что всесильны. Но на самом деле стоит зеркалу разбиться, и иллюзия исчезает. Это злой эксперимент магистра тьмы – противного Гарпиуса! Только я еще не придумала, как магия магистра влияет на интеллект обезьян.

— Ой, внучка, боюсь, для меня это слишком сложно.

— Что ты! Это только кажется! Рита сказала, что у меня отлично получается! Кстати, про зеркала – это мы вместе придумали, правда, классно?

Воробышек уже успел снять куртку и остаться в футболке. Он отходит от шкафа-купе, и Степку прорывает. Мой брат никогда не умел долго обижаться и молчать: