Книга Хрупкое сердце, страница 69 – Янина Логвин

Сейчас я ощущаю себя лодкой, которая долгое время справлялась с течением, но оказалась не готова встретиться со штормом, и затихаю под ним, чтобы не утонуть.

У Руслана крепкие руки. Ему мало держать меня, он хочет чувствовать, и от его объятий полотенце соскальзывает с груди и падает к ногам.

— Прости. Сейчас!

Он приседает, чтобы его поднять… и вдруг утыкается лбом в мой живот, обхватив бедра ладонями. На секунду застыв, жадно сжимает их пальцами, прикасаясь к коже горячими губами.

— Господи, Снег… как мне тебя не хватало. Поверить не могу, что это ты. Где ты была всё это время? Где?!

А я ничего не могу ответить. Мое дыхание рвется всполохами на губах, а пальцы цепляются за широкие плечи. И слезы снова встают в глазах, потому что и слов нет, и оттолкнуть не могу.

Наша встреча похожа на помешательство. На точку в лабиринте для двоих, в которой мы вновь оказались – уже не юные и больше не беспечные. Не близкие, но и не чужие, иначе почему я откликаюсь? Вопреки всему оживаю под жадной лаской мужских рук и замираю от прикосновения губ, которые продолжают меня целовать.

— Руслан, ты сошел с ума! – выдыхаю, когда получается хоть что-то сказать, и неожиданно дотрагиваюсь до его волос взлетевшей рукой, вспоминая, какие они густые и послушные.

У Марджанова всегда были самые модные стрижки, и с тех пор ничего не изменилось.

— Давно, – не отрицает он. – Мне ничего не поможет, я болен тобой.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Я узнаю, Снег! Обещаю! Только разреши…

Он встает и выдергивает из-за пояса свою рубашку. Расстегнув ее на себе, снимает и накидывает на мои плечи. Закутав в рубашку, притягивает меня к груди, пряча губы в волосах.

— Алиса, разреши мне тебя согреть. На этот раз я постараюсь не быть идиотом. Я знаю, что сам все испортил. Всегда знал, но исправить не вышло.

Я замечаю, что дрожу. То ли от холода и нехватки сил, а то ли от избытка переживаний, которых, и правда, слишком много для одного вечера.

Когда-то я боялась влюбиться в этого парня – в его черничный взгляд и нахальную улыбку, ломающие границы моей личной зоны девичьего равновесия. Как оказалось, не зря боялась. Только поняла, что влюбилась, позже. Уже когда осталась одна.

После Марджанова ни к одному парню я ничего похожего не чувствовала. Они замечали меня – симпатичные молодые мужчины, но наталкивались на вежливое равнодушие и очень редко – на дружескую симпатию.

— Ты не изменился, Руслан. Всё так же берешь, что хочешь.

— Не всё. Тебя я всегда хотел, но не получил. Остальное мне доставалось без усилий. А теперь…

— Что теперь? Ты стал более избирательным? – Я поднимаю голову и смотрю на него в полутьме прихожей. В темные глаза, которые не одной девчонке вскружили голову. – Почему ты здесь, когда есть другие? Зачем я тебе? Ради бога, Марджанов, у меня не хватит сил пережить все снова. Я больше не одна, ты видел.

— Алиса…

— Я не стану тебе ничего отвечать!

— Не надо, я сам отвечу. Хочешь знать, что я понял, когда сегодня увидел тебя?

— Что?

Что он еще может сказать кроме того, что я уже слышала?

Руки Руслана поднимаются по спине, а взгляд держит крепче, чем его объятие. Он говорит, но прежде склоняется к моим губам, обдавая их жаром дыхания:

— Я вырос, Снежная, и больше не дам себе ни одного шанса тебя потерять. У тебя больше нет доводов!.. Я видел в какой из комнат первой погас свет – там спит твоя дочь. И теперь знаю, где спишь ты…