Книга На изломе алого, страница 38 – Янина Логвин

— Да нет – дичка. У Юрки Ларька взяла в долг. Обещала, если что, вернуть минетом, вот он и толкнул фуфло, козел! Но поверил, прикинь! Вот придурок! – брюнетка снова захохотала. – Хорошо, что теперь есть деньги, а то бы ходил и ныл: Маечка, дай…

— Заткнись! – оборвала ее Сашка. Сказала в сердцах, глядя, как подступающее веселье накрывает подругу. – Никто бы возле тебя не ходил, дура, отработала бы долг как миленькая, сама знаешь. Нашла с кем связаться! – Она подобрала с земли коробок и сунула в сумку. – Траву вернем Ларьку, и больше не смей брать. Лучше скажи: с Чвырем-старшим хватит денег рассчитаться? Сколько ты ему должна?

*Дичка - трава низкого качества, дикорастущая конопля

**Афганка - конопля из Афганистана

— С чмырем, с чирём, с чмориком… – Майка продолжала хохотать, пришлось подтянуть подругу к фонтанчику и умыть. Удивленные прохожие с улыбками косились на них, но Сашка все равно встряхнула девчонку:

— Зудина, возьми себя в руки, наконец! – сказала твердо. – Я не могу с тобой возиться весь вечер, мне пора идти.

Если кто-то и мог успокоить Майку, то она – Сашка. Девчонка закинула голову, и отерла ладонями лицо. Выдохнула устало:

— Все, я в норме.

— Вот и хорошо, потому что я не шутила. Будешь баловаться дурью – не приходи.

— Чайка, не парь мозги. Лучше дай закурить…

Когда пришли в гараж к Чвырю – денег не хватило, и Сашка пообещала отдать часть долга с заказа.

Николаю Волкову нравилась эта сероглазая девчонка с холодным взглядом и пухлым неулыбчивым ртом, чаще всего одетая, как парнишка. Молчаливая, собранная и обязательная. В последнем он смог убедиться еще два года назад, когда однажды она появилась на его стоянке, сказав, что готова занять вакансию ночного сторожа. Тогда он тоже посмеялся с мужиками над тощей пигалицей, да что там, почти прогнал ее, но девчонка упросила дать шанс, дежурила за три копейки, смотрела за машинами в оба, не страдала любовью к горячительному, и он не пожалел.

«Пока, дядя Коля», – пожалуй, в этом обращении крылась ее благодарность и своего рода уважение к нему. Он все о ней разузнал: живет одна, отец уехал на заработки и пропал, то ли бабу нашел, а то ли сгинул. Этой зимой, узнав, что Сашке есть семнадцать, он предложил ей спать с ним за содержание, но она отказалась. Не смутилась, услышав такое предложение от взрослого мужчины, просто отвернулась и твердо ответила «нет». Так, что ему и самому стало стыдно.

Оно и правильно, все-таки у Николая семья, серьезный автобизнес, солидные партнеры, свои дочери – ровесницы Сашки. Но разве в характере сравнить? Цацки, шмотки, папа хочу то, папа хочу это – все в мать. Одних туфель на сезон покупали полчемодана, не говоря о косметике. Сашка не просила ничего, разве что однажды, оказавшись в его автотюнинговой мастерской, попросила остаться и посмотреть на работу художника-аэрографиста. Да так загорелась работой, что и сама попробовала. Сначала просиживала в гараже все выходные, помогала с уборкой и разбиралась в мелочах, позже напросилась в подмастерья, а потом и сама вызвалась вести заказ. Девчонка оказалась талантливым художником, чему он, в принципе, не удивился – в ней всегда чувствовалась неординарность. Жаль, аэрография – это дорогое удовольствие, и не каждый решался доверить малолетке-самоучке свою машину. Да и не было ничего своего у Сашки – ни красок, ни лака, ни аэрографа, ни мастерской, так что доля в деньгах всегда оказывалась невелика. Зато сам Николай разъезжал на стальном «бумере», с боковых кузовных панелей и капота которого смотрели длинные лохматые волчьи тела и оскаленные пасти, нарисованные девчонкой. Все это смотрелось весьма реалистично, и всегда впечатляло партнеров, добавляя самому Волкову солидность и вес. Нет, определенно он по-отечески уважал Сашку, хотя при взгляде на стройную фигуру и небольшую, но уже налитую грудь, кровь иногда бурлила. Эта красивая девчонка могла бы с легкостью найти благодарного покровителя, но никого не подпускала к себе. Оставшись одна, оканчивала школу, а по вечерам работала официанткой в кафе кинотеатра, и это многих заводило в тупик. Как и компания, в которой она крутилась.