Книга Убойная секретарша!, страница 166 – Янина Логвин

— Откуда такая уверенность? Не понимаю!… Мы прямые конкуренты, и я не собираюсь сводить вас со своим арт-директором! Это по меньшей мере глупо!

— Вы нам не конкуренты, не обманывайтесь. Но я не имею ничего против вашего агентства. У меня к Ангелине исключительно личный вопрос. И потом, Регина, разве вы не уволили Ветрову? Ваша дочь сказала, что теперь она заведует креативным отделом.

— Нет, не уволила! – соврала, не моргнув глазом, Мерзляева. – Вы неправильно поняли Аллу! Ангелина в отпуске… творческом! Набирается сил перед свадьбой с Арнольдом!

— Вот как?

— Да. Вы разве не слышали, что они решили пожениться? Думаю, в марте для свадьбы отличное время! Мой сын в Ангелине души не чает, а она преданна нашей семье! Они уже две недели, как улетели в Европу, и наслаждаются друг другом. Так что, Максим, забудьте! – окрысилась, не сдержавшись. – Незачем их тревожить!

Рука брюнетки дрогнула, едва не выронив сигарету, а я ядовито процедил сквозь зубы:

— Как мило… Тогда, может, я поговорю с Марьяном Субботой? Могу я его увидеть?

— Нет, конечно! Он уволился. Марьян больше не работает в «Регина-Стайл».

Мерзляева с раздражением затушила сигарету, и отбросила всю сдержанность.

— Господин Орловский… Мальчишка!.. Если вздумаешь цепляться к моим сотрудникам, знай: я это так не оставлю! – прошипела, теряя лицо и остатки самообладания. – Заявлю всем, что вы с отцом занимаетесь хедхантингом! Вам после этого никто руки не подаст!.. Я сейчас же предупрежу своих людей – всех до единого – что любой контакт с вами будет стоить им увольнения! Но перед этим сполна взыщу с каждого за разглашение внутренней и конфиденциальной информации!

Твою мать. Сука. Иначе не сказать.

Я вышел из кабинета, не потрудившись закрыть за собой дверь и не попрощавшись. Алла проводила меня тоскливым взглядом, не посмев при матери подать голос. А младший Мерзляев, который дивным образом телепортировался в приемную, надо полагать, прямо из Европы, испуганно побледнел, считав настроение с лица матери.

— Ты… он… мама?.. – попытался что-то неуверенно пролепетать…

— Свали вон!

…но отступил в сторону с моего пути.

Только силой воли я запретил себе не думать о нем и Геле. О том, кто кого использовал. Иначе бы прямо здесь впечатал засранца в стену, украсив ее унылым панно.

Через адресное бюро найти Ангелину тоже не вышло. Бумажное объявление на двери адресного стола ясно огласило: «Прием заявлений начнется после праздников! Всех с Новым годом и Рождеством!»

А процедура обращения, прописанная в правилах, объяснила, что моя затея пустая. Потому что ответ по своему запросу я смогу получить самое меньшее через месяц и только с согласия третьего лица, то бишь разыскиваемого человека.

Но это было слишком! Невозможно долго! И я направился в полицию.

Однако в этот предновогодний день в полиции и без меня дел хватало. Неизвестный украл шесть урн у супермаркета. Компания подростков подралась у метро. Кто-то стянул у бабульки, торгующей на углу лотерейными билетами, коляску, в которой спали ее коты. Так что в кабинет к дежурному следователю я попал через пару часов, уже практически ночью.

Меня впустили, заглянули в паспорт, и попросили предъявить документы о родстве с пропавшей. И само собой предупредили, что только после этого готовы принять заявление о пропаже.